Самый опасный возраст стр. 34
не хотела быть обязанной. Интересно, может быть, это и есть психология бедности. Из серии мы бедные, но гордые. И в чём гордость?
– Ну, рассказывай, как живёшь-то? Чем занимаешься целыми днями? Ты ж пенсионерка. Вроде не работаешь.
– Тебе и правда интересно, как обычные пенсионеры коротают долгие зимние вечера?
– На обычных пенсионеров мне наплевать. Меня необычные волнуют. На что живёшь? Смирнов твой помогает?
– Ещё чего! Я сама-сама. Всё сама. Всегда сама. Ты же знаешь. Обустроилась. Кой-чего в аренду сдаю. У меня всё хорошо. – Валентина Григорьевна вдруг почувствовала, что злиться на него. Ишь, сидит такой самодовольный барин, щёку ручкой подпер. Мол, расскажи, как выкручиваешься, и глянь на меня, чего упустила. Ага, сейчас! Думает, она жаловаться будет? Не дождётся.
– Это я уже понял. Расскажи, чем занимаешься. Многие на пенсию выходят, начинают картины маслом писать, музыку, стихи.
– Ага! А ты крестом вышиваешь, не иначе!
– Я не на пенсии. Я работаю.
– Зачем? Зачем тебе столько денег? Не треснешь?
– Не тресну. Я не из-за денег работаю.
– Ещё скажи, что ради блага Родины.
– И это тоже, – он ухмыльнулся. – Помнишь, в школе писали сочинение «как я провел лето»? Расскажи, как ты живёшь, что делаешь с самого утра, чем увлекаешься. Мне, правда, интересно, очень.
– Ну, я сплю столько, сколько хочу.
– До двенадцати, что ли? Налупишься таблеток и дрыхнешь полдня?
– Во-первых, не до двенадцати, а не меньше десяти часов в сутки. Женщинам это полезно.
– Ну, да! Если баба не выспалась, спасайся, кто может! Некоторым из вас, наверное, полезно все двадцать четыре часа в сутки спать. Не зря про спящую красавицу сказка есть. Пока спит, красавица. А дальше что? Куда красавица идёт, когда выспится?
– Потом я иду в фитнес клуб, занимаюсь танцами, плаваю, два раза в неделю массаж делаю.
– То есть, любишь себя.
– Исключительно. Кого еще? Потом по магазинам, готовлю чего-нибудь, у меня Дашка, внучка моя, периодически ночует, в кино хожу, на
концерты, в театры, в рестораны иногда. В музеях тоже сейчас интересно стало. Новые музеи открываются, лекции разные.
– С кем ходишь? С подругами? Или с Дашкой?
– И с подругами, и с Дашкой иногда. И не с подругами тоже.
– Это с кем?
– А что?
– Ничего. Интересно.
– С кем надо, с тем и хожу. У меня друзей много. И так, и в Фэйсбуке, – тут она слегка приврала. Про вот это вот «с кем надо». Не хватало ещё с этими козлами, бабниками и болванами по музеям ходить. – За границу езжу иногда.
– Тоже по музеям и выставочным залам?
– Ещё чего! Что я в Питере музеев не видела? В Финляндию за продуктами езжу, за вещами хорошими, ну и в разные страны на пляж. Я пляж очень люблю. Лежишь, загораешь, купаешься, еще и кормят тебя по часам, и вина наливают.
– А я этот овощной отдых не понимаю. Лежат все, как сардельки и грилюются.
– Ну, я бы не сказала, что все на сардельки похожи. Некоторые вполне себе стройные попадаются. Стройные и загорелые, что может быть красивее? Нас, красавиц загар очень украшает! Но, разумеется, такой отдых не для вас, не для экстремалов. Вам бы на верблюдах по горам скакать.
– На верблюдах? По горам?
– Ну, не знаю, – Валентина Григорьевна махнула