Шанс на миллион долларов стр. 29
старуха, Павлик знал ее с детства и теперь быстро привык оставаться с ней дома, пока Инна работала.
Сам он никогда не рассказывал о том, что пережил в плену, а Инна его, разумеется, не расспрашивала. Однажды, месяца через три после возвращения Павлика, к ним пришел демобилизованный солдат, его однополчанин. Павлик, увидев его, затрясся и заплакал, тогда Инна вышла с парнем на улицу – проводить и поговорить в скверике возле дома. Парень рассказал Инне, как они нашли живого Павлика под грудой искалеченных мертвых тел в захваченном горном ауле, как он тогда уже трясся, и плакал, и пытался уползти в темноту, чтобы спрятаться от людей и света… Его психика не смогла справиться с пережитым ужасом, и в нем, казалось, не осталось ничего человеческого…
Ночами Инна сидела у постели сына, смотрела на его изможденное, измученное лицо, гладила покрытый испариной лоб. Она понимала, что ему снятся кошмары – он стонал и метался во сне, а иногда начинал бормотать на незнакомом гортанном языке.
Лекарства и материнская любовь понемногу делали свое дело, сын хотя бы внешне становился похож на прежнего Павлика, исчезла его страшная худоба, сошел странный желто-серый загар – Инне казалось, что такой загар может быть лишь у грешников в аду, она только не понимала, за какие грехи попал в ад ее Павлик?
Светлана Анатольевна не раз заставляла Инну подписывать сомнительные документы. В первый раз, когда Инна заметила несоответствие в цифрах и осмелилась обратить на это Светланино внимание, та посмотрела на Инну долгим взглядом и сказала вполголоса:
– Ты не хочешь это подписывать… А ты не забыла ли, сколько мне должна? Я говорю не только о деньгах… Мне кажется, я всегда тебе помогала чем могла. Но люди не помнят добра… Что ж, я думаю, ты не забыла очереди в службе занятости…
Инна очень хорошо помнила те очереди. Она провела в них полгода, и каждый раз инспектор говорил ей одну и ту же фразу:
– Извините, для вас ничего нет. Одно место было, но фирма выбрала более молодого кандидата.
К счастью, в то время Павлик был еще в армии. Как бы она прожила с ним на жалкое пособие по безработице, Инна не могла себе даже представить.
Когда все средства найти работу были испробованы, она решилась позвонить Светлане. Когда-то давным-давно они вместе учились в школе, в одном классе, но Светлана была девочкой из обеспеченной семьи и они близко не дружили. Несколько раз Инна была у нее дома, и четырехкомнатная квартира показалась ей излишне огромной.
«Как вы здесь убираете? – спросила она. – Это же столько работы!»
Светлана посмотрела на нее в недоумении, а потом громко расхохоталась. Инна раньше никогда не слышала слова «домработница».
Зато когда они однажды случайно зашли домой к Инне и Светлана увидела ее жалкую комнату в коммуналке, то посмотрела на одноклассницу с таким презрением, что Инна никогда больше ее к себе не приглашала.
И вот, отчаявшись найти работу через службу занятости, Инна позвонила Светлане. Та узнала ее, только когда Инна обратилась к ней по имени, поправила:
«Не Светлана, а Светлана Анатольевна», – тем самым сразу поставив Инну на место.
Но это было неважно, потому что работу она действительно Инне предложила – в ее фирме тогда как раз был нужен бухгалтер со знанием персонального компьютера, и возраст Инны Светлану нисколько не пугал.
Упоминание об очередях на бирже достигло своей цели. Инна подписала сомнительные бумаги, не задавая лишних вопросов, и подписывала их в дальнейшем так же без сопротивления. Она не могла себе позволить потерять работу, имея на руках больного сына.
Так прошло больше года, и однажды Светлана Анатольевна вызвала Инну в свой кабинет:
– Завтра ты поедешь в фирму «Виза-Бизнес» и оформишь себе загранпаспорт. Деньги на оформление я тебе выдам.
Инна привыкла не задавать вопросов, но сейчас распоряжение было настолько необычным, что она замерла перед столом с изумлением на лице. Светлана Анатольевна правильно поняла ее изумление и пояснила:
– Ты поедешь на Кипр. Там ты должна будешь прийти в банк, я подробно объясню, где он находится, как называется и прочее, но ты ни в коем случае не должна ничего записывать, все выучи наизусть. В банке