Саван для соловья стр. 746
можете оказаться Гробель. Вы — Матрона, защищенная почти религиозным благоговением от проявлений человеческих слабостей, не говоря уж о человеческих грехах. Должно быть, для нее было психологически невозможно думать о вас как об убийце. И потом, сами слова Мартина Деттинджера. Он сказал, что это была одна из сестер. Думаю, я знаю, почему он сделал эту ошибку. Вы посещаете каждую палату в больнице раз в день, говорите почти со всеми пациентами. Лицо, которое он увидел склоненным над собой, было не только абсолютно незабываемым лицом Ирмгард Гробель. Он увидел женщину, одетую в то, что он считал униформой сестер, — в короткий халат и широкую треугольную шапочку армейской службы сестер. В его затуманенном лекарствами мозгу эта форма означала, что перед ним — сестра. Она все еще означает это для любого, кто лежал в армейском госпитале, а он провел там месяцы. Она снова спокойно произнесла:
— Ирмгард Гробель мертва.
— Он сказал сестре Пирс примерно то же самое, что он сказал своей матери. Миссис Деттинджер не особенно этим заинтересовалась. С какой стати она должна была заинтересоваться? А потом она получила счет из больницы и подумала, что это поможет сэкономить ей несколько фунтов. Если бы мистер Куртии-Бригс не был жадным, я сомневаюсь, чтобы она стала рассказывать об этом кому-то еще. Но она это сделала, а Куртни-Бригс получил интригующую информацию, которая, как он рассудил, заслуживает того, чтобы потратить на ее проверку время и силы. Мы можем гадать, что думала сестра Пирс. Она, должно быть, испытала то же чувство триумфа и собственной власти, как тогда, когда увидела сестру Дейкерс наклонившейся, чтобы поднять фунтовые банкноты, которые лежали перед ней па тропинке. Только на этот раз кто-то гораздо более важный и интересный, чем соученица, оказывался в ее власти. Ей не пришло в голову, что пациент мог говорить о какой-то другой женщине, а не о сестре, которая ухаживала за ним. Но она знала, что ей нужно получить доказательства или, по крайней мере, удостовериться самой, что Деттинджер, который в конечном итоге был умирающим человеком, не бредил и не галлюцинировал. Так что она потратила полдня в среду на посещение Вестминстерской библиотеки и попросила у них книгу о суде в Фельсенхаме. Им пришлось заказать книгу для нее в другой библиотеке, и она вернулась за пей в субботу. Я думаю, из этой книги она узнала достаточно, чтобы самой убедиться, что Мартин Деттипджер знал, о чем он говорил. Я думаю, что она поговорила с сестрой Брамфет в
субботу вечером и что сестра не отрицала обвинения. Мне интересно: какую цену запросила Пирс? Ничего иного она не могла придумать, как просто брать плату за молчание. Пирс нравилось ощущать власть, по еще больше ей нравилось чувствовать свое моральное превосходство. Должно быть, в воскресенье утром она написала письмо секретарю Лиги помощи жертвам фашизма. Сестра Брамфет должна была заплатить за прошлое, по деньги Пирс регулярно направляла бы в Лигу. Пирс была сильна по части того, чтобы наказание соответствовало преступлению.
На этот раз она сидела молча, спокойно сложив руки на коленях и без выражения глядя в какое-то весьма далекое прошлое. Он мягко сказал:
— Все это можно проверить, вы знаете. От ее тела осталось немногое, но