Сбежавшая принцесса стр. 53
сложив руки на коленях и выпрямив спину.
– Думаешь, твои хорошие манеры тебе помогут? – презрительно усмехнулся Люк, буравя ее ледяным взглядом. – Думаешь, сможешь опять меня одурачить?
– Люк, пожалуйста. – Габриель вгляделась в лицо мужа, но тот Люк, которого она начала для себя открывать в последнее время, исчез, и его место занял безжалостный незнакомец, от которого она сбежала в день свадьбы. Ее сердце бешено заколотилось в панике. – Я не смогу ответить на твой вопрос, пока ты не объяснишь, что происходит.
– Где они? – прорычал он, заставив ее вздрогнуть.
– Я не понимаю…
– Фотографии, – яростно бросил он.
– Фотографии? – Габриель пристально уставилась на него. Он спятил? Она не имела ни малейшего понятия, о чем речь. – Какие еще фотографии?
Люк поднялся с дивана. Внутри у Габриель все упало, но он не подошел к ней. Она не знала, хорошо это или плохо. Он стал ходить взад-вперед по комнате, словно грациозный хищный зверь по клетке. Тогда она тоже поднялась, решив, что так станет менее уязвимой.
– Фотокамера, вероятно, была портативной и автоматической, – произнес Люк в пустоту. – Номера в отелях бронировал я, поэтому в твоем распоряжении было всего несколько минут, чтобы ее установить. Но я не могу найти ни чертов фотоаппарат, ни снимки. – Повернувшись, он посмотрел на нее с презрением. – Но ты уже получила что хотела, не так ли? Твой финальный протест против меня и деспотичного отца удался тебе на славу. Несколько щелчков фотокамеры – и готово.
– Люк, – твердо произнесла Габриель. – То, что ты сейчас говоришь, лишено всякого смысла.
Его глаза горели от ярости, и эта ярость была устремлена на нее.
– Неужели? – процедил он сквозь зубы. – Позволь мне сказать тебе, что не имеет смысла для меня в этом деле. Зачем тебе понадобились деньги? У тебя же полно собственных. А даже если бы у тебя их не было…
– Деньги? – Габриель ошеломленно покачала головой. – Думаешь, мной двигала жажда наживы, словно я какая-то там…
– Даже если бы у тебя их не было, – повторил он, проигнорировав ее слова, – у меня их более чем достаточно, чтобы дать тебе все, что ты захочешь. Значит, дело тут не в деньгах. Тогда в чем? Разве ты недостаточно известна? Разве тебя мало фотографируют? А может, ты стремишься к легкой славе, как у бесталанных взаимозаменяемых старлеток, популярных лишь благодаря своим скандальным выходкам? Или это просто был акт протеста со стороны послушной принцессы? Скажи мне! – потребовал Люк, подойдя ближе, но остановившись на расстоянии вытянутой руки от нее.
Он боялся причинить ей боль, или не хотел к ней прикасаться? Или, может, думал, что, если он ее коснется, гнев превратится в желание?
– Нет, мне не нужно ничего из того, что ты перечислил, – спокойно ответила Габриель.
– Сначала я просто хотел тебя уничтожить, – произнес он почти нежным тоном, хотя его глаза опасно сверкали. – Вышвырнуть тебя и покончить со всем этим фарсом. Но я не мог понять твоих мотивов.
– Что я, по-твоему, сделала? – спросила она, не в силах пошевелиться. Каждый вдох и выдох причинял ей боль.
– Я знаю, что ты сделала, – горько произнес Люк, качая головой. – Но ты оказалась девственницей. – Он издал циничный смешок. – Это ты точно не могла подделать. Не знаю, почему я приравниваю девственность к честности.