Седьмой дневник стр. 119
вшило мне торпеду.
* * *Взглянув со стороны, как я живу,
увидел я черты кошмара сущего:
похож я стал на жухлую траву
и дряхлого козла, её жующего.
* * *Тот мир покуда нам неведом,
но близок день и близок час,
а кто уйдёт за нами следом,
уже узнать не сможет нас.
* * *Что-то душа моя хнычет с утра,
что-то с утра её мучит —
то ли охота ей вон со двора,
то ли об выпить канючит.
* * *В конце пришёл я к истине простой:
все в жизни приключения мои
о том же говорят, что Лев Толстой:
что много в нас и Бога, и свиньи.
* * *На склоне лет мечты уже напрасны,
хотя душе и в том довольно лести,
что женщины ещё легко согласны
со мной фотографироваться вместе.
* * *Время нынче – вовсе не плохое,
как ни жутки вывихи его,
но оно пронзительно глухое,
и никто не слышит никого.
* * *Людей, в ком Божий дар заметен,
судьба сильней секла кнутом,
и нынче их на этом свете
гораздо меньше, чем на том.
* * *Меня всегда влекло познание,
и я дознался до того,
что счастье – это понимание,
что ты не создан для него.
* * *Мы так явно и стремительно стареем,
что меняться – и смешно, и неприлично,
я не стану уже праведным евреем,
даже сделав обрезание вторично.
* * *Пока текла моя дорога,
меня и гнуло, и ломало,
уже я знаю очень много
и только помню очень мало.
* * *В евреях я воспел, как мог,
их непомерные излишки,
и мне хвалу бы хмыкнул Бог,
умей читать Он наши книжки.
* * *Хоть лёгкие черны от никотина
и тянется с утра душа к ночлегу,
однако же ты жив ещё, скотина,
а значит – волоки свою телегу.
* * *Моё поколение тихо редеет,
оно замолчало, как будто запнулось,
мы преданы были высокой идее —
свободе, которая так наебнулась.
* * *Трудна житейская дорога:
среди бредущих пожилых
сильней заметно, как немного
людей доподлинно живых.
* * *Про предстоящую беду
уже писал я многократно:
беда не в том, что я уйду,
а в том беда, что невозвратно.
* * *Творец хотел бы нам помочь,
по капле счастья всем раздать,
но и Ему уже невмочь
земное блядство обуздать.
* * *В нас есть огонь, и есть металл,
и дух наш дерзостен в борьбе;
как мы велики, я читал,
как мелки – знаю по себе.
* * *Болото будничного быта
с его трясинами и кочками
по краю ангельски покрыто
зелёной травкой и цветочками.
* * *Живя под пальмами и пихтами,
под эвкалиптами и вязами,
так на кириллице мы свихнуты,
что неразрывно с ней повязаны.
* * *Дар Божий очень трудно сохранять,
и грустен одарённый индивид:
его душа – мятущаяся блядь —
свой дар опошлить пользой норовит.
* * *В людском сообществе цветастом
возможно всякое на свете,
у лесбиянки с педерастом
вполне родиться могут дети.
* **Сегодня долго длилась