Седьмой дневник стр. 121
в томленье жарком,
жухлый и затоптанный газон
кажется себе роскошным парком.
* * *Я в любое время суток
по влеченью организма
побеждаю предрассудок
о вреде алкоголизма.
* * *В тёмной чаще житейского леса,
где глухое царит бездорожье,
наущение мелкого беса
очень часто похоже на Божье.
* * *Беда моя безжалостно крута —
ужели это старость виновата? —
куда-то испарилась доброта,
ушло великодушие куда-то.
* * *Дожив до возраста седин
и видя разные прогрессы,
я понял: Бог у нас – един
и только очень разны бесы.
* * *На кепку мне упал комок
и капля тронула ресницы:
не всё, что с неба, шлёт нам Бог,
довольно много шлют и птицы.
* * *Дьявольски спешат часы песочные,
тратя моё время никудышное,
стали даже мысли худосочные
чахнуть от шуршания неслышного.
* * *Всегда заметно светлое мерцание
над сумраком, безвыходно сплошным,
трагическое миросозерцание
мне кажется поэтому смешным.
* * *Есть такие слова в русской речи,
так воздействие их благодатно,
что легко выпрямляются плечи
и душа улыбается внятно.
* * *Нахохлившись, как куры на насесте,
живём, грустя об участи своей,
однако пригорюниваться вместе
мы стали много реже и трезвей.
* * *Смерть не минуешь, очевидно,
я скоро кану в никуда,
и лишь порой весьма обидно,
что умираешь навсегда.
* * *Какая бы ни мучила забота,
и старость нынче как ни тяжела,
я всё благодарю того кого-то,
чья лёгкая душа во мне жила.
* * *С утра я угрюмо и тупо сижу
в ленивой тиши кабинетной,
но писчей бумаги теперь извожу
не более, чем туалетной.
* * *Я понял нынче утром за кефиром,
что, полные намерений благих,
не тайные евреи правят миром,
а тайно правят миром жёны их.
* * *В этой жизни я где только не был,
и куда б ни занёс меня случай —
под безоблачно солнечным небом
над евреем сгущаются тучи.
* * *Мы видим по-иному суть и связь,
устав и запредельно измочалясь.
Кудрявые не знают, веселясь,
того, что знают лысые, печалясь.
* * *Из ночи лёгкая прохлада
сошла ко мне, и в полусне
подумал я, как мало надо
уже от жизни этой мне.
* * *На кладбищах висит очарование,
несущее томительную ясность,
что жизни этой краткой дарование —
пустяшная случайная прекрасность.
* * *Живя уже у срока на пороге,
ложусь на свой диван во всю длину
и думаю, вытягивая ноги,
что скоро их и вовсе протяну.
* * *Нет, я ни глубоко, ни далеко
смотреть не помышлял. Играл в игру.
Зато легко дышал и жил легко,
а если даст Господь – легко умру.
* * *По смерти мы окажемся в том месте —
и вида и устройства неземного, —
где время и пространство слиты вместе,
и нету ни того и ни другого.
* * *Когда, слова сказав убогие,
приму я смертную остуду,
меня помянут рюмкой многие,
а я уже непьющий буду.
* * *Чувствуя, что жить не будешь вечно,
тихо начиная угасать,
хочется возвышенное нечто
мелом на заборе написать.
Постскриптум