Библиотека

Село милосердия стр. 9

Размер шрифта
-
+
Тема

под Броварами!

— Может, проводишь, чтоб зря не плутать? — спросил Гришмановский. — Тебе ведь тоже можно к любой части прибиться.

— Нет, — нахмурился Фесенко. — Мне треба до своих, в Борисполь. Но дорогу я вам подробно укажу. Может, еще свидимся, — сказал боец на прощание. — А коли нет, не поминайте лихом!

— Пока, Ваня. Удачи тебе! И главное — будь здоров, — пожелал солдату Гришмановский и, повернувшись, зашагал прочь.

Вскоре военврачу повезло: попутная машина подбросила его почти до места. Но в Русаново Гришмановского ждало разочарование: госпиталь уже сворачивался. Раненых грузили на подводы, чтобы везти на восток. Немцы были недалеко. Канонада, гремевшая вдали, доносилась все явственнее и слышалась, как определил Гришмановский, именно на востоке. А это значило, что фашисты замкнули кольцо окружения, и вырваться из него, тем более вывезти раненых, будет практически невозможно.

Напрасный труд, подумал Гришмановский, наблюдая за погрузкой искалеченных бойцов. Внезапно он увидел девчушку. Была она в стеганых ватных брюках, заправленных в сапоги, и длинной не по росту гимнастерке, но выглядела штатской. Только кубики на петличках свидетельствовали об обратном.

— Что у вас происходит, товарищ военфельдшер? — спросил он строго.

Девушка, остановленная на бегу, замерла, стрельнула в него синыо огромных глаз и бойко отрапортовала:

— Так эвакуация же, товарищ военврач второго ранга. Приказ прийшол.

— И куда велено направляться?

— То

мне неведомо. Начальство в курсе. — И после паузы, словно спохватившись, представилась: — Военфельдшер Голубь.

Девчонка была маленького росточка, тоненькая, хрупкая. Тридцатисемилетнему Гришмановскому она показалась совсем ребенком.

— Хорошая у тебя фамилия, — сдержанно улыбнулся он. — Голубь — мирная, доверчивая птица. Звать-то как?

— Валя… Валентина Андреевна.

— Разве вам не объявили маршрут движения, Валентина Андреевна? — спросил Гришмановский, глядя на девушку в упор. — Человеку военному положено быть в курсе…

— Может, и положено знать, да не велено всем говорить, товарищ военврач второго ранга. Вон наш главный идет, у него и спытайте.

Главврач, молодой капитан, одетый в пехотную форму, тщательно проверил документы моряка и, удостоверившись, что Гришмановский тот, за кого себя выдает, понизив голос, сказал:

— Госпиталь уходит. Куда двигаться, честно говоря, не знаю. Кругом немцы. Кругом…

— Что же вы решили?..

Главврач опасливо оглянулся и еще тише сказал:

— Не вижу иного выхода… Собираюсь оставить тяжелораненых в инфекционном отделении районной больницы. Я там был, коек, чтобы всех разместить, достаточно. Авось фашисты побоятся заразы и никого не тронут.

Идея Гришмановскому понравилась. В данной обстановке это был, пожалуй, единственно разумный выход.

— А что будет с медперсоналом? — поинтересовался он.

Капитан пожал плечами:

— Некоторых в больнице для ухода за ранеными оставим под видом гражданских. Остальные будут пробиваться к своим.

Главврача позвали, и тот отошел, пожелав Гришмановскому выбраться целым из этой передряги. Валя Голубь, внимательно слушавшая разговор двух офицеров, растерянно сказала:

— Вот беда, вот лихо… Куда ни кинь, всюду клин.

— Вы местная, Валентина Андреевна? — спросил Гришмановский.

— Так точно, товарищ военврач второго ранга. Из Красиловки я Иваньковского района.

— Домой тебе надо, Валентина Андреевна…

— Как это домой? — возразила девушка с обидой. — Я ж призвана в армию с тридцать девятого. Как медтехникум закончила, так и взяли. В освободительном походе участвовала.

— В Западную Украину?

— Так. Фельдшером служила. А вы небось думаете, что я ще дитя?

Гришмановский окинул девушку цепким взглядом: конечно, дитя. Страшно представить, что сделают фашисты с

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.