Семейный заговор стр. 121
нет и восьмидесяти, а со здоровьем все в порядке. Правда, бывает, что она чувствует себя неважно из-за дурных снов, которые, проснувшись, не может вспомнить, и иногда ее беспокоят сильные приступы мигрени.
Она стояла у окна своей спальни и смотрела в сад. Был теплый июньский вечер. Деревья отбрасывали длинные тени, в озере плескались утки, а на дальнем лугу поблескивали золотистые головки калужницы. Ее тихая радость находилась в гармонии с природой. Мисс Рейнберд взяла графин и налила себе хересу. Графин теперь постоянно стоял у нее в спальне. Ночью, когда ее мучила бессонница, она выпивала пару рюмок хереса, и это помогало ей забыться. А сейчас она пила вино просто от хорошего настроения. Конечно, иногда ей приходится ограничивать себя. Мартин пока не проявляет интереса к спиртному, но у нее еще жив в памяти пример Шолто. Слава богу, выпитые четыре-пять рюмок хереса на ней никак не отражаются, да и, в конце концов, в ее возрасте нужен какой-нибудь стимулятор.
Она увидела, как Мартин вышел из рощи неподалеку от озера. Его светлые волосы блестели на солнце, на руке сидел сокол. Она улыбнулась. Соколиная охота, рыбалка — мальчик без ума от общения с природой. Она разрешила ему переделать одну из конюшен в вольер для птиц. Если бы у
нее был собственный сын, она бы хотела видеть его похожим на Мартина.
Мартин миновал озеро и скрылся в саду. Мисс Рейнберд отошла от окна. Было уже семь часов, и она знала: он идет домой, чтобы переодеться к ужину. Она допила херес и неожиданно для себя решила тоже сменить платье. Переодеваясь, она выпила еще рюмку. Ей не терпелось выйти в столовую и услышать рассказ Мартина о том, как он провел день. В ближайшее время ей надо серьезно поговорить с ним о будущем. Несколько месяцев назад он стал совершеннолетним. По этому поводу она устроила прием с обедом и танцами. Наутро она сказала ему, что изменила завещание в его пользу, сделав наследником всего движимого и недвижимого имущества. Мартин был потрясен.
Мисс Рейнберд вышла из спальни и остановилась в коридоре у окна. Неожиданно она вспомнила о старом сне, как она стояла здесь вместе с мадам Бланш. Обе они тогда смеялись и болтали как добрые старые подруги. Мадам Бланш… Она почти забыла о ней — с тех пор прошла, кажется, целая вечность. Мисс Рейнберд отвернулась от окна, посмотрела вниз и увидела Мартина, идущего через Клейхолл. Он взглянул вверх, увидев ее, улыбнулся, помахал рукой и начал легко подниматься по ступенькам. Крепкий, уверенный в себе молодой человек. Он подошел к ней и поцеловал руку.
— Как прошел день, дорогой? — спросила она.
— Замечательно! Я не опаздываю к обеду?
— Нет, времени достаточно. Я хочу пойти вниз и выпить аперитив, а ты можешь спуститься попозже, — сказала она, потрепав его по щеке.
Он наклонился и поцеловал ее в лоб.
Мисс Рейнберд, опершись о перила, посмотрела вниз. Мартин Шубридж, стоя позади, глядел на маленькую, сухую фигурку. «Как же омерзительно от нее разит хересом», — подумал он. Мисс Рейнберд из Рид-Корта, его внучатая тетка, как всегда уже нализалась. Его лицо исказила гримаса холодной ненависти. Он вытянул вперед правую руку и с силой толкнул мисс Рейнберд.