Библиотека

Семьи.net (сборник) стр. 495

Размер шрифта
-
+
Тема

Жаком ты разговаривал?

– Вкратце. Но Жак – особый случай.

– Понятно. Ты обязан доложить наставнику, Антон. Это действительно опасно. Для тебя опасно. Я не видел таких снов, но, случись мне, я немедленно поставил бы в известность наставника. И ты должен это сделать. Хочешь, пойдем к старому Отто вместе?

– Угу, – саркастически буркнул Антон. – И он решит, что я ненормальный. В лучшем случае – отправит в стационар лечиться. В худшем… Нет, Ра, к наставнику я не пойду. Подожду пару дней, надеюсь, само собой прекратится.

– А если не прекратится? Учителя говорили на этот счет вполне определенно. Если тебя начинают преследовать видения, связанные с… – Рауль

запнулся, – с сексом, неважно, во сне или наяву – это явная патология. Угроза для психики, самая серьезная из возможных.

– Да знаю, – потупился Антон. – Ладно, я подумаю. Пара дней ничего не изменит.

– Ну, смотри сам, – Рауль поднялся. – Пара дней – действительно не изменит. Но спасибо, что ты доверился мне, Тош. Вместе мы как-нибудь сладим с твоей бедой. А сейчас погнали завтракать. Ты как, сочинение уже отослал?

– Черт! – хлопнул себя по лбу Антон. – Хорошо, что ты напомнил. Я за него даже не садился. Вот же дубина, ведь сегодня последний срок.

Отто Фролов намеренно оставил сочинение этого парня напоследок. За многие годы практики в качестве наставника выпускных классов Отто случалось повидать всяких учеников. Были среди них и такие, на которых Фролов, исчерпав все меры и скрепя сердце, писал докладную в директорат. До сих пор он ни разу не ошибся – фигуранты докладных все как один были признаны особыми комиссиями «вне социума» и из цивилизованных мест выдворены. Кто в Гренландию, кто на Таймыр, кто в Антарктиду. Такое случалось нечасто, но все же случалось, и всякий раз Фролов потом мучился угрызениями совести. Немало времени проходило, прежде чем ему удавалось вновь обрести душевное равновесие и убедить себя, что он не имел права выпустить в демократическое общество потенциального анархиста, убежденного бунтаря и ниспровергателя основ.

Фролов одно за другим бегло считывал с экрана сочинения выпускного двенадцатого «Ъ» класса и привычно выставлял оценки. Недюжинный опыт позволял автоматически регистрировать уровень владения речью, умение выражать свои мысли и, самое важное, отношение автора к изложенному. Отклонения от среднего уровня, как обычно, оказались не слишком значительными. За неполных полтора часа Отто справился с работой и позволил себе на минутку расслабиться. Оставалось последнее сочинение, и, прежде чем взяться за него, наставник хотел настроиться на максимальную объективность. Забыть о том, что ему крайне симпатичен этот парень, Антон Валишевски. Забыть, что наивысший на потоке уровень интеллекта и полная неспособность лгать сочетаются у Антона с доходящими до абсурда и фанатизма упрямством, своеволием и необъяснимым неприятием правил и прописных истин.

Выдержав паузу, Отто, наконец, собрался, вздохнул и загрузил в редактор последний нечитаный файл. С первого взгляда он понял, что дело плохо. Тема сочинения «Какими будут мои дети», обведенная жирной траурной рамкой, глумилась притороченными справа и слева рожицами. Фролов не очень хорошо разбирался в последних достижениях в области смайликов и запросил подсказку. «Меня только что вырвало», – пояснила левая рожица. «Похоже, я вляпался в дерьмо», – сообщила правая.

Подавив раздражение, Фролов заставил себя читать. Все сочинение занимало четверть страницы, и Отто

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.