Библиотека

Сэндвич с пеплом и фазаном стр. 88

Размер шрифта
-
+
Тема

«Диалоги» Платона, в которых стайка изнеженных мужчин — по крайней мере, они произвели на меня такое впечатление — таскалась по залитому солнцем двору следом за своим учителем и задавала правильные вопросы, позволявшие ему забивать свои логические гвозди с максимальной эффективностью.

Они вели себя как партнеры, подающие реплики великому комедианту, и фон для того, чтобы он лучше выглядел.

«Что за бред собачий», — подумала я тогда и высказала свое мнение Даффи.

Но что, если мир устроен именно так?

Я была убита наповал — практически буквально. Мне пришлось опереться о край стола, чтобы сохранить равновесие.

— Да, — повторила я, пытаясь освоить навыки ходьбы по качающейся палубе. — Так и есть. Она получила святого Михаила и исчезла. — Я сделала глубокий вдох и продолжила: — Но она была тут прошлым вечером. Она до сих пор тут.

— Неужели? — сказала мисс Баннерман, лукаво выгибая бровь.

— Да, — подтвердила я. — Ее видели рядом с прачечной.

— Правда? Как ты узнала?

Я наслаждалась каждой секундой: схваткой умов, в которой вопросы становятся ответами и, наоборот, кривым зеркалом, в котором ничто не пропадает.

Или все пропадает.

Льюис Кэрролл со своей «Алисой в Зазеркалье» был совершенно прав. Реальность не имеет никакого смысла.

— Потому что она никогда не исчезала. — Я совершила решительный шаг. — Никогда не умирала. И то же самое с Уэнтворт и ле Маршан, — добавила я.

— Гммм, — протянула мисс Баннерман.

Идеальный ответ.

Она провела указательным пальцем над ухом, поправляя пытавшуюся выбиться прядь.

— Ну что ж, — сказала она, поворачиваясь к водородному спектрофотометру, за которым работала, когда я вошла в комнату. — Давай-ка выясним, почему ножки этой сатурнии луны содержат следы мышьяка. Любопытная загадка.

И я не могла с ней не согласиться.

Глава 20

Я до сих пор ни словом не упомянула церковь и часовню, надеясь, что меня минует чаша сия. Женская академия мисс Бодикот, находясь на короткой ноге с Церковью Англии, или англиканской церковью, как ее называют тут, в колониях (или епископальной к югу от границы, в Соединенных Штатах Америки), исполняла все полагающиеся ритуалы: ежеутреннее богослужение, проводившееся в том месте, где в монастыре располагалась часовня, торжественная линейка по воскресеньям и поход в ближайший собор для получения полной дозы Священного Писания и унылых предостережений.

Я сказала «торжественная линейка»? Мне следовало бы выразиться точнее: торжественная потасовка. Легче надрессировать свору охотничьих гончих петь ораторию Баха, чем заставить стайку девочек шествовать правильной колонной по широкой улице пред очами всей честной публики, и чтобы при этом никто не выкинул какое-нибудь коленце.

Обычный порядок был таков: во главе построения — мисс Фолторн и преподаватели, следом идут девочки, располагаясь по классам — от первого до шестого, и Джумбо в качестве старосты замыкает колонну.

Вокруг Джумбо обычно собирались преступницы, пользовавшиеся возможностью вволю покурить на свежем воздухе: Фабиан, ван Арк и парочка нарушительниц помоложе, учившихся затягиваться.

Поэтому в конце колонны постоянно и обильно кашляли, отхаркивались и сплевывали.

Время от времени мы встречали прогуливающихся людей или догоняли взрослых прихожан, двигавшихся в том же направлении и порой смотревших в ужасе на то, что должно было напоминать прогулку пациентов Торонтского бесплатного госпиталя для туберкулезных больных.

— Это просто еда! — задыхалась ван Арк, стуча себя по груди, когда мы шли мимо. — Просто

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.