Библиотека

Сердце крестоносца стр. 81

Размер шрифта
-
+
Тема

перекатывала разноцветные камушки.

– Значит, тебе хочется, чтобы я уехал, Римильда?

Она удивленно посмотрела на мужа и наткнулась на пристальный взгляд Танкреда.

– Я хочу, чтобы ты защитил нас, – мягко ответила Римильда.

– Можешь не беспокоиться. Теперь ты навсегда под моей защитой.

Слова «навсегда» и «Танкред» все еще плохо соединялись в уме Римильды. Она понимала, что замужем за этим человеком и так будет продолжаться до смерти, но все никак не могла это принять. Ей казалось, что Фонтевро погостит еще немного и отправится обратно в Палестину, где ему проще и привычнее. В конце концов, он ведет себя так, как будто Римильда – просто его знакомая. Даже в спальню ни разу не заглянул и проблемами продолжения рода не интересуется. Но как его спросить? И нужно ли спрашивать?

Римильда была слишком горда, чтобы задавать подобные вопросы.

– Тебе нравится Дауф? – спросила она вместо этого.

– Да, это хороший, крепкий замок, который стоит на плодородной земле. Думаю, со временем я полюблю его. – Танкред прищурился, оглядывая горизонт. – Только вот я позабыл, как много тут может быть врагов у честного землевладельца. В Палестине все было проще. Враг был только один. То есть два. Сарацины и песок. Первых мы убивали, второй постоянно выигрывал.

– Я очень люблю Дауф. Это мой дом.

– Дом. – Танкред помолчал. – Я не очень хорошо понимаю, что это такое.

– Это место, куда хочется вернуться, где живут близкие тебе люди и где тебя любят, – без запинки выдала Римильда. – Для меня Дауф – именно такое место. Мне очень жаль Деневульфа, однако я не буду оплакивать брата вечно. В моем сердце он жив. А я рада, что мне не пришлось расставаться с Дауфом. Надеюсь, однажды ты тоже сможешь назвать его домом.

– Мне бы хотелось, – проговорил Танкред и снова замолчал.

Какой же он все-таки непонятный, вздохнула про себя Римильда. Как узнать, что на самом деле думает Танкред де Фонтевро? Что им движет? Он прекрасно исполняет свой долг – а есть ли у него на душе что-нибудь помимо долга? Или его сердце мертво и бесплодно, словно пески Святой земли? Его глаза видели столько битв, что Римильде и представить сложно. Он убил множество людей. Может быть, где-то там, в жарких землях, Танкред потерял самого себя? Каким он был до того, как нашил крест на котту и отправился отвоевывать Гроб Господень? Римильда знала его лишь таким и никогда не видела иным. Был ли он столь бесстрастен в десять, в пятнадцать лет?

– Что ты так смотришь? – спросил Танкред.

Римильда слегка смутилась:

– Пытаюсь представить тебя ребенком.

– Бесполезное занятие. Я уже сам не помню, каким был. – Однако Танкред задумался, словно вспоминая что-то.

– И все же? – настаивала Римильда.

– Я тебе уже рассказывал. Еще там, в Палестине. Но мне не тяжело повторить. Мое детство прошло во Франции. Дед сначала воевал вместе с Вильгельмом; потом они повздорили – дед был молод и горяч, – так что в Англии нам ничего не досталось. Мой род обеднел, кусок земли вместе с фамильным замком отошел старшему брату, а я отправился в Святую землю. Мне повезло. Я выжил и научился побеждать.

– Сколько лет тебе было, когда ты отправился воевать в Палестину?

– Семнадцать.

– Неудивительно, что… – начала Римильда и остановилась.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.