Библиотека

Сердце солдата стр. 20

Размер шрифта
-
+
Тема

с немцами спокойнее. Они здесь, рядом, вооруженные, сильные, а партизаны пока что далеко.

Вот приехал господин Эрих Вайнер. Твердый человек, не гляди, что молодой. Теперь он партизанам покажет!

Господин Эрих Вайнер прибыл в Ивацевичи со специальным заданием. Несмотря на то, что он был молод и одет в штатский костюм, немцы обходились с ним почтительно. Был он высок, строен, белокур, голубоглаз, с красиво очерченным ртом и прямым с небольшой горбинкой носом. Над чуть припухлой верхней губой красовались густые светлые усики.

Эрих Вайнер приехал в конце января в блестящей штабной машине в сопровождении нескольких солдат-эсэсовцев и поселился в отведенном ему домике рядом с военной комендатурой. Забор вокруг дома обмотали колючей проволокой. На крыше установили высокую антенну. У двери дома бессменно днем и ночью стоял часовой.

Ходили слухи, что приезжий разговаривает по радио чуть ли не с самим Гитлером!

Сразу же после приезда Вайнер нанес визит коменданту. Как раз в это время Козич принес из управы бумаги на подпись и видел, как выскочил из кабинета навстречу гостю комендант — грузный, с бычьей шеей и карими глазами, господин Штумм. Тонкие бледные губы его расползлись в улыбке, глаза, казалось, вот-вот выскочат из орбит. Он вытянулся у двери. Сидевшие в углу у стола два офицера тоже встали и вытянули руки по швам. Встал и Козич, спрятав за спину руку с потрепанной меховой шапкой.

Приезжий прошел через комнату, ни на кого не глядя. Остановился возле коменданта.

— Господин Штумм?

— Так точно! — рявкнул комендант.

Приезжий протянул ему красивую, по-девичьи белую руку:

— Вайнер.

И прошел в кабинет. Комендант устремился следом.

Офицеры тихо вытолкали Козича из комнаты и на цыпочках вышли сами.

Козич тогда же понял, что этот молодой красивый немец в штатском — важная птица.

А через два дня Козича неожиданно вызвали в комендатуру.

Он шел по заснеженным улицам, подняв воротник. День был солнечный, безветренный, с легким морозцем, но Козича

познабливало. Каждый раз, когда вызывали в комендатуру, его начинало знобить.

Козич умел услужить и ладил с войтом и с господином Негребецким, начальником полицайуправления, человеком жестоким и хитрым. Но коменданта Штумма Козич боялся. Боялся его огромной фигуры, его хриплого лающего голоса, боялся не угодить ему каким-нибудь лишним словом. Рассказывали, что у коменданта бывают вспышки гнева, и тогда берегись! Однажды во время такой вспышки он застрелил в своем кабинете в чем-то провинившегося полицейского.

А вдруг он, Козич, попадет к коменданту под горячую руку?

Преодолев озноб, Козич тихонько постучал в дверь кабинета, вернее поскреб, как мышь.

— Битте!

Козич приоткрыл дверь и вошел.

В кресле за столом коменданта сидел господин Вайнер, а Штумм приспособился сбоку у стола на венском стуле. Оба смотрели на Козича. Штумм закинул ногу на ногу, и стул под ним жалобно скрипнул.

Козич облизнул вдруг пересохшие губы и сказал:

— Приказывали, господин комендант.

— Здравствуйте, господин Козич, — сказал Вайнер по-русски, чисто, даже, пожалуй, слишком чисто выговаривая слова.

Козич растерялся. Вайнер, видимо, остался доволен произведенным впечатлением. Он весело рассмеялся, обнажив ровные, белые зубы. Штумм скривил губы и издал хриплый звук, тоже, очевидно, обозначавший смех.

Козич никогда не видел Штумма смеющимся, и смех этот напугал его больше, чем гнев.

— Садитесь, — пригласил Вайнер и кивнул на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.