Сердцевина яблока: Демифологизированная история The Beatles стр. 52
к тому времени стала называть себя The Fool («Простак»), сделала костюмы для шоу. Они имели большой успех, и The Fool завоевали доверие Beatles. Джордж Харрисон попросил их сконструировать камин для его бунгало, а Джон Леннон захотел, чтобы они раскрасили фортепиано у него дома в Уэйбридже. The Fool решили, что надо хватать быка за рога, и выдвинули идею открыть (на деньги Beatles) магазин диковинной одежды и всяческой экзотики. «Они ловко подкрались к нам», — говорит Нил Аспиналл. Beatles уже давно подумывали открыть сеть магазинов розничной торговли, и теперь дали «добро» на это рискованное предприятие, вложив в него 250 тысяч долларов. Один из бывших служащих Apple говорит, что они согласились даже подыскать для The Fool подходящее жилье.
Beatles подобрали магазин на Бейкер-стрит, и The Fool приступили к работе. Они решили, что экстерьер здания должен соответствовать его интерьеру. Сказано — сделано. Наняв около тридцати студентов художественных вузов, они поручили им раскрасить здание. Предполагалось, что в магазине будет продаваться всё: одежда, мебель, произведения искусства, даже пепельницы. По мысли авторов проекта, здесь каждый должен был найти что-нибудь для себя. К несчастью, этот магазин не мог предложить чего-то такого, чего не было в других магазинах, так что его покупателями в основном были сами же служащие. Девушка, работавшая здесь, признается, что тратила около 150 долларов в неделю — «как и многие другие», говорит она. Но проблемы Beatles с персоналом были ничто по сравнению с махинациями The Fool и их менеджера Саймона Хайеса.
Хайес работал сначала на Брайана Соммервиля, одного из первых рекламных агентов Beatles, а потом на Брайана Эпштейна. Его рекламная фирма Mayfair после смерти Эпштейна прогорела. Он сам признавал, что она держалась только благодаря деньгам Брайана. Ухудшение отношений между The Fool и Beatles он объясняет тем, что в Apple царил хаос и никто не умел вести дела. «Нас медленно, но верно вытесняли и обделяли, — говорит он. — Целых три месяца я пытался добиться справедливости, а потом плюнул и порвал с Apple, после чего заключил контракт с президентом компании Mercury Records Ирвином Грином». Потом Хайес передал функции менеджера своему старому приятелю по Mayfair Бену Стеггу, а сам стал одним из директоров Mercury.
Переписка между Apple и The Fool дает несколько иную картину событий. Еще в январе 1968 года начальник оптового отдела Apple писал The Fool, что «ресурсы компании ни в коем случае не должны расходоваться без письменного на то разрешения». В феврале с письмом к The Fool обратился Джон Линдон, глава розничного отдела Apple. Он напоминал дизайнерам, что они
«до сих пор не уплатили за большое количество реализованных товаров». К марту терпение Линдона, очевидно, иссякло. Он отправил менеджеру The Fool письмо, в котором извещал его о том, что, если из мастерской Canel продолжат исчезать предметы одежды, ему не останется другого выбора, кроме как изгнать их оттуда.
Но The Fool уже обеспечили себе будущее в другом месте. Они так понравились Ирвину Грину, президенту Mercury, что тот попросил своего зятя, нью-йоркского адвоката Сэнфорда Росса, обеспечить в США юридическую защиту их имени и работ. Росс отправил The Fool письмо, наполнившее сердца дизайнеров радостью. Грин согласился взять на себя все предварительные расходы. Итак,