Серия «Доктор Дэвид Хантер» стр. 104
от нас, да и дорога к ее дому шла большей частью вдоль главного шоссе. Просто я достиг той точки, когда осторожность переходит в паранойю.
Все же я понаблюдал из окна, пока она шла к шоссе. Когда Дженис скрылась из виду, я вернулся к журналам и начал кое-как расставлять их по местам. В стопке оказалось несколько экземпляров информбюллетеня местного церковного прихода. Наверное, остались от пациентов, слишком ленивых, чтобы самим выбросить мусор в корзину. Я решил сделать это за них, но тут одна из страниц привлекла мое внимание.
Вынув газету из мусорного бака, я обнаружил смеющееся лицо Салли Палмер. Под фотографией имелась небольшая заметка про «известную писательницу» Манхэма, опубликованная за несколько недель до убийства. Мне еще не приходилось видеть эту статью, так что, наткнувшись на нее сейчас, после смерти Салли, я испытал странное, беспокойное чувство. Я начал читать, и тут словно воздух выбило из моей груди. Упав на ближайший стул, я перечитал заметку вновь.
После чего кинулся звонить Маккензи.
* * *Статью он прочитал в полном молчании. Когда я позвонил, Маккензи сидел в мобильном штабе, и стоило мне заикнуться про находку, как инспектор тут же приехал. Пока он читал, я отметил про себя, что от загара затылок и запястья у него стали цвета говяжьей печени. Закончив, Маккензи сложил газету, не меняя выражения лица.
— И что вы думаете? — спросил я.
Он потер багровый шелушащийся нос.
— Может быть, просто совпадение?
Маккензи вновь превратился в профессионала, то есть не склонного к разговорам полицейского. И вполне возможно, он прав. Хотя я в этом сомневаюсь. Взяв газету, я вновь обратился к заметке. Коротенькая, по типу тех, чем заполняют колонки, когда нет настоящих новостей. Статья называлась так: «Сельская жизнь окрыляет местную писательницу». Фраза, ставшая источником вдохновения для этого заголовка, шла в конце:
«Салли Палмер говорит, что жизнь в Манхэме помогает ей сочинять книги. „Мне очень нравится так
близко находиться к природе. Воображение словно взмывает ввысь. Кажется, еще немного — и у меня вырастут крылья“, — утверждает талантливая романистка».
* * *Я отложил газету.
— Вы думаете, то, что через пару недель кто-то воткнул ей в спину лебединые перья, — простое совпадение?
Маккензи начал выказывать признаки раздражения:
— Я сказал: «может быть». И я не готов категорически утверждать либо то, либо другое на основании какой-то жалкой заметки.
— А как иначе вы можете объяснить такое надругательство?
Он замялся, напоминая политика, которого заставляют цитировать чуждое ему партийное кредо.
— Психологи полагают, что преступник может испытывать скрытую потребность в трансформациях. И поэтому наделяет жертву ангельскими крыльями. Они говорят, что он может быть каким-то религиозным фанатиком, одержимым идеей высшего состояния…
— А что психологи говорят про других мертвых животных? Или о том, что он проделал с Лин Меткалф?
— Здесь у них пока нет уверенности. Но даже если вы правы, заметка все равно этого не объясняет. — И он ткнул пальцем в сторону газеты.
Прежде чем ответить, я тщательно взвесил слова:
— Если честно, я хотел поговорить с вами еще кое о чем.
Маккензи подарил мне внимательный взгляд.
— Продолжайте.
— После звонка вам я просмотрел амбулаторную карту Лин Меткалф. И ее мужа. Вам известно, что они долго и безуспешно пытались завести