Сэру Филиппу, с любовью стр. 141
ни говори, то, что Филипп женился на Элоизе, было главной удачей его жизни! Впервые за много лет, может быть, даже впервые за всю жизнь, Филипп чувствовал себя счастливым.
Не то чтобы раньше он постоянно был несчастен, как, скажем, Марина… Время от времени он смеялся, наслаждался жизнью… но по-настоящему счастливым себя все-таки не ощущал. Как мало, оказывается, нужно для счастья - всего лишь добрая, отзывчивая жена…
Филипп и раньше не склонен был считать себя неудачником, чья жизнь не сложилась. Но никогда не приходилось ему испытывать того, что нахлынуло на него теперь. Филипп и предположить не мог, что мир может казаться ему таким прекрасным, что, просыпаясь, он каждый раз будет так радоваться новому дню.
Давно уже Филипп не ощущал подобного блаженства - пожалуй, с университетских времен, когда удовлетворение от интеллектуальных занятий смешивалось с чувством свободы, наконец, обретенной им…
Трудно было переоценить все то, что Элоиза внесла в его жизнь. Начиная уже с постели. Даже в самых сокровенных своих мечтах Филипп представить себе не мог, что простой физический контакт с женщиной может быть столь восхитительным. А ведь еще совсем недавно Филиппу казалось, что после стольких лет воздержания он утратил интерес к физической близости с женщиной и желание его уже вряд ли когда-нибудь вспыхнет с новой силой…
С Мариной у Филиппа никогда не было ничего даже похожего… Как, впрочем, и с теми женщинами, что были у него до свадьбы.
Однако, сколь бы важной ни казалась Филиппу эта сторона его существования, жизнь все же ею не исчерпывалась. Например, Филипп обнаружил, что - опять же впервые за многие годы - его перестало, наконец, мучить чувство, что он плохой отец, что все, что бы он ни делал для детей, не то и не так.
Плохим отцом Филипп считал себя всегда. Но, как ни пытался, изменить ничего не мог. Он и теперь не стал хорошим отцом, но нашел для детей идеальную мать.
И уже от одного этого Филипп чувствовал себя так, словно у него гора с плеч свалилась. Наконец-то, он мог работать в своей оранжерее, не думая ни о чем, не тревожась, что дети, предоставленные самим себе, снова что-нибудь уронят или сломают. Теперь он мог полностью сосредоточиться на своей работе, а не работать лишь для того, чтобы заглушить гнетущее чувство вины за то, что он плохой отец.
Как же это все-таки прекрасно, когда на душе у тебя спокойно!
А если иногда жена и смотрит так, словно ожидает от него каких-то других слов, других действий - что ж, такова жизнь, приходится смириться с тем, что мужчины и женщины - разные существа и между ними просто не может быть абсолютной гармонии, во всяком случае, в практических делах. Слава Богу, как правило, Элоиза все-таки четко формулировала, чего она от него хочет, и Филиппу не приходилось ломать голову, что же на этот раз у нее на уме.
Филиппу вдруг вспомнились слова, которые, бывало, повторял его покойный брат: “Бойся женщину, задающую вопросы. Как бы ты ни ответил, все ей будет не так!”
Филипп улыбнулся. Не беда, что порой их споры с Элоизой заканчиваются ничем. Чаще всего они все-таки заканчивались постелью, что Филиппа вполне