Серые Пределы стр. 240
жива в моих жилах, эта кровь еще течет вместе с ней. Этот зов еще долго будет эхом гулять по Серым Пределам, потому что сегодня я зол. Боги, как сильно я зол! На себя, на вас, на все, что не сумело сохранить Белику жизнь… Вам не будет пощады, низшие твари! Не будет спасения от моего гнева! Вам некуда укрыться от проклятой крови и того гласа, что она несет! Негде спрятаться от пылающего взгляда Темного Владыки и его бешеного Огня, некуда бежать, потому что он видит все…
Я вижу все!Там, где когда-то пролилась ЕГО кровь.
И Его ненависть.
Только она – ключ к истинной силе Владыки Изиара. Так, как и говорил когда-то старый Хранитель Знаний. Именно она – единственный ключ к Огню Жизни, страшнее которого не было магии в этом мире. И именно этот Огонь призывал сейчас из глубин собственной души Темный эльф.
Таррэн открыл неистово пылающие веки и коротко выдохнул, прекрасно зная, что у Светлых сейчас весьма неприглядно отвисли челюсти. Что смертные испуганно пятятся назад, спотыкаясь и не смея отвести взгляда от его объятой пламенем фигуры. Творят охранные знаки и дико страшатся, что этот горящий взгляд хотя бы на миг остановится на них. Но еще сильнее они боятся того,
что бешеное пламя все-таки доберется до их непрочных тел, ведь сейчас оно стало действительно страшным – ревущим, неистовым, ужасающе мощным. Выше самых высоких зубцов внезапно осветившейся Заставы. Почти до загоревшихся, как в аду, небес.
Он не стал оборачиваться. Зачем? Не их вина в том, что случилось. Ни тогда, два века назад, ни даже сейчас. Видит бог, не они виноваты в этих смертях. А потому он обратился лишь вперед – туда, где испуганно вжались в землю три жалкие хмеры, где жалко притихли удерживаемые ими звери, где опасливо приземлялись гигантские ящеры, слегка опоздавшие к первой волне и лишь сейчас пришедшие на обещанный кровавый пир.
Таррэн отчего-то хорошо почувствовал их общий страх и понял, что это был страх перед ним – перед его кровью, его наследием и его проклятием. Перед этим бушующим на поле Огнем Жизни. И его силой. Теперь они хорошо знали, КТО вернулся сюда. Знали, что за сила открывала за ним глаза. Чувствовали его гнев и отчаянно боялись. Тряслись от ужаса и дрожали от страха. А вместе с ними, где-то там, впереди, за деревьями, холмами и оврагами медленно просыпался от тысячелетнего сна давно уснувший Лабиринт. Просыпался неохотно, на настойчивый и властный зов потомка своего древнего создателя. С тем, чтобы встряхнуться, открыть вросшие в землю двери и покорно склониться перед новым Повелителем. Хозяином, который снова, как тысячу лет назад, вернулся потребовать свое.
Темный эльф чувствовал это. Видел в миллионах широко распахнутых глаз, знал и, наконец-то, понимал, почему всего один раз в целую эпоху Проклятый Лес ненадолго утихал. Теперь он хорошо знал, потому что сейчас это коварное, многоликое и многоглавое существо узрело его, своего нового Повелителя. Признало наследника Изиара, почуяло его волю и покорно склоняло голову, униженно моля о пощаде.
Проклятый Лес действительно был живым, действительно смертельно ненавидел чужаков, но он так же дико боялся своего истинного создателя и Хозяина того ужаса, что прячется