Серые Пределы стр. 84
– СМОТРЕЛ через меня?!! СЕЙЧАС?!!!
– Да. Прости, я случайно.
Траш вдруг яростно рыкнула и хищно припала к земле.
– ВСЕ видел?!!! – в зеленых глазах мальчишки вновь вспыхнула дикая ненависть, а в маленьких руках сами собой появились ножи. Вместе с ним хмера выпустила когти и играючи раздробила несколько твердых валунов в мелкую пыль. – Я… я убью тебя!!! Мерзавец!! Урод ушастый!! Нелюдь проклятая!!! Как ты посмел испытывать на мне свои чары?!! КТО ТЕБЕ ПОЗВОЛИЛ?!!!
Таррэна буквально снесло налетевшим вихрем, снова сильно ударило затылком, прижало и буквально вдавило в камень. В ту же секунду к горлу прижалось холодное острие, в горящих ядовитой зеленью радужках Гончей полыхнуло поистине ледяное пламя, а рядом с ней предупреждающе заворчала взбешенная хмера, властно прижимая когтистой лапой трепаную черную голову кровного врага. Они действовали, не сговариваясь, снова с потрясающей синхронностью – злые, как демоны Черных Земель, и такие же смертоносные. Дикая хмера и ее маленький побратим, которые вспыхнули от гнева за какое-то жалкое мгновение. Кто был первым? Кто не удержался? Неизвестно. Но теперь только шевельнись, только дернись, и маленькая стая больше не будет терпеть – разорвет на части, спалит и развеет по ветру, потому что гневное урчание Траш уже почти слилось с бешеным рычанием Белика. Кончик ее хвоста давно выпустил наружу смертельно опасный шип, и теперь он нервно гулял перед самыми глазами ненавистного эльфа, ее лапы чуть согнулись, готовясь к прыжку, страшная пасть вновь показала клыки… кажется, эта ярость была действительно общей, и юный Страж сейчас едва сдерживался. Тоже – за двоих.
Таррэн не сопротивлялся.
– Прости, малыш, я не хотел, – шепнул он беззвучно, понимая, что от гибели его отделяет лишь тонюсенький волосок, но все еще помня звенящий долгим эхом пронзительный детский крик: «Лита!!» – Прости… мне жаль, что так вышло.
Мальчишка странно вздрогнул, в упор взглянул в безупречное лицо Перворожденного, искаженное внутренней болью, и вдруг увидел, что эта боль была искренней. Острой. Очень сильной. И по-настоящему мучительной, потому что Таррэн зачем-то решил разделить ее с ним. Что он добровольно пережил сейчас те страшные сутки, которые даже спустя два десятилетия упорно возвращались в кошмарах. Что тоже почувствовал холод чужого лезвия на своей коже, узнал равнодушный голос сородича и его жестокое лицо, от которого бросало в дрожь и начинало скулы сводить от ненависти.
– Прости…
– Заткнись! Заткнись, заткнись, заткнись!!! Ради всего святого, заткнись, или я… просто не… смогу… – задрожав всем телом, Белик вдруг выронил оба ножа, каким-то чудом не распоров ненавистному Темному брюхо, и с силой обхватил руками виски. Он до боли зажмурился, едва не взвыл от волнами накатывающих эмоций, что повелевали, просто требовали убить проклятого эльфа – немедленно, раз и навсегда. Затем медленно сполз на землю, сжался в комок и, наконец, замер, тихонько раскачиваясь и что-то быстро шепча сквозь намертво сомкнутые зубы.
Траш нерешительно застыла, не смея перечить хозяину, но и от поднимающегося Темного не в силах отвести взгляда. Он – враг, говорил ее прежний опыт. Опасный враг, которого надо уничтожить. То, чему нет места на этом свете. То, что должно умереть. Здесь, сейчас. За то, что сотворили когда-то с Беликом, за
его