Серый и соседка стр. 77
и подперев голову рукой. – Ты не представляешь, какое это счастье – когда можно просто сменить позу и не помнить, что поворачиваться нельзя, наклоняться тоже…
– Эй, это что-то новенькое, – нахмурилась она. Будь Алексей собакой, прижал бы уши и завилял хвостом, но он мог только сконфуженно улыбнуться. – А ну выкладывай! Серый?
– Да нечего выкладывать… Просто проснулся недавно буквой «зю», испугался, что не разогнусь. Но ничего, обошлось. И как-то вот…
– Вот ведь скрытный какой, – пробурчала Лариса, протянула руку и погладила его между лопаток. – Видно, тебя и впрямь подлатали получше, только ты не переусердствуй.
– Я осторожно, – серьезно пообещал Алексей. – В прежнее состояние мне возвращаться как-то не хочется. Давай дальше смотреть, что ли?
– Давай…
Уже на финальных титрах в дверь громко постучала Мария Алексеевна.
– Ларочка, уже поздно! – сообщила она. – Так что извольте свернуть свои занятия и… гм… покончить с гигиеническими процедурами до того, как я лягу!
– Иди, совершай процедуры, – толкнула Лариса Алексея.
– Она всегда так выражается? – тот с наслаждением потянулся.
– Привычка. Мама всю жизнь проработала учительницей младших классов и воспитателем в детском саду, ну и вожатой в пионерлагере была. Такой опыт накладывает неизгладимый отпечаток, правда?
– Бедные дети, – искренне сказал он и ушел в ванную, краем уха слыша, как Лариса воркует с матушкой.
Вернувшись в комнату, Алексей убедился, что кухонные ароматы повыветрились, поэтому балкон можно притворить, а дверь оставить приоткрытой – для кошек, которые запертых помещений не терпели.
Он успел задремать до того, как вместе с кошками к нему просочилась Лариса и потребовала подвинуться.
– Серый, испеки завтра пирогов, а? – сонно попросила она. – Нельзя же на одной пицце жить, да и дороговато выходит…
– Запросто, – он приоткрыл один глаз. – У меня на один поход в магазин полдня уйдет, хоть прогуляюсь! А к вечеру сделаю, как ты любишь… С сыром или с чем?
– С сыром непременно. Но мне почему-то больше всего со свекольной ботвой нравятся, – хихикнула она. – Только за свежей свеклой на рынок надо идти. Ботву на пироги, а я в выходной борщ сварю. Идет?
– Конечно, – ответил Алексей. – Говорю, прогуляюсь. Опять же, на рынке и зелень нормальная есть, а то в магазинах она какая-то пластмассовая.
– Здорово, – вздохнула Лариса и привычным жестом спихнула с головы палевую кошку. – Потому как матушка, она сказала, затеяла на завтра тушеную капусту, а это выше моих сил…
– Это ж вкусно, – сказал он.
– Ага, вкусно, если готовить по-человечески, – ответила она. – А не тушить пять часов кряду. Бр-р-р! Спасибо, не плов.
– Плов – тоже вкусно.
– Да знаю я, Серый! Ела я нормальный плов в хорошей чайхане, пальчики оближешь! А тут будет рисовая каша с этой проклятущей бараниной…
– А в чайхане он с чем был? – провокационно спросил он.
– С бараниной, – буркнула она. – Только, наверно, правильной, как ты говоришь. И стоило это…
– Ну еще бы. Если приправы на рынке найду, попробую приготовить. Молодого барашка тут вряд ли укупишь, но можно и с другим мясом. И казан нужен.
– Где я тебе казан возьму?
– Ну хоть чугунок!
– Чугунок есть, бабушка в нем гречку варила, всегда очень вкусно получалось, – кивнула Лариса. – Так, Серый, хватит о еде на ночь глядя, а то я сейчас оголодаю и пойду потрошить холодильник!
– А я уже оголодал, –