Библиотека

Синий город на Садовой стр. 176

Размер шрифта
-
+
Тема

за них…

– Она била! – звонко сказал Степка. Он стоял шагах в пяти позади Феди.

Уже ясно понимая, что справедливости здесь не будет, Федя сказал с обидой и горьким злорадством:

– Ладно! Пленка покажет…

Ия Григорьевна обратила к старшему лейтенанту блестящее от оскорбленности и капелек лицо:

– Т о в а р и щ м и л и ц и о н е р! Разве детям разрешено вести съемку посторонних лиц?

– У тебя есть разрешение? – Старший лейтенант глянул на Федю без симпатии.

– Какое разрешение? И при чем тут я?.. Это же она…

– Разберемся, – казенно пообещал милиционер. – Дай-ка сюда аппарат.

– Зачем?

– Дай, говорю! – неожиданно рявкнул он.

От этого вскрика все вокруг будто рассыпалось на осколки и сложилось уже по-иному. Был теперь перед Федей дембиль. Не такой откровенный, как другие, без толстой шеи и казарменной рожи, но все равно – безжалостный, непробиваемый.

Дальше шло так, словно кто-то другой вселился в Федю – стремительный, пружинистый, находчивый.

– Степка! – Федя рывком обернулся. – Лови!.. Беги к Ольге, спасайте кассету!

Степка – ну до чего же молодец! Поймал камеру в ладони! И рванулся прочь, не потратив ни мига! И прошло секунды три-четыре, прежде чем Ия Григорьевна завопила по-базарному:

– Дети! Держите негодяя!

Несколько мальчишек переглянулись и… кинулись за Степкой. Гады, холуи проклятые! И они бы догнали, но Степка оказался умнее. Добежав до беседки, рванул на себя прислоненного к перилам "Росинанта". С натугой толкнул его, встал на педаль, просунул под раму другую ногу. И поехал так, вихляя и отчаянно переваливаясь на педалях.

Его и сейчас догнали бы – уже тянулись на бегу к багажнику. Но тропинка пошла под уклон, дребезжащий "Росинант" набрал скорость и унес на себе Степку в Беседочный переулок, откуда дорога на Песчаную, а потом на улицу Декабристов…

Докатит? Господи, он же ездить-то еще толком не умеет на большом велосипеде. И камера в руке, и за руль держаться надо! А если встречная машина? Спаси и сохрани – Федя сунул в вырез майки ладонь, сжал крестик…

Крепкая рука ухватила его за локоть, стиснула до боли, рванула. Федя вскрикнул, крестик вырвался из-за ворота, закачался поверх пятнисто-красной майки.

– Любитель кинотрюков, значит? Каскадеры, кинопогони… – Старший лейтенант говорил с легким придыханием.

– Пустите! – Федя отчаянно дернулся.

Милиционер сказал воспитательнице и мальчишкам, которые вернулись с виноватыми лицами:

– Сопротивление сотруднику правоохранительных органов. Будьте свидетелями в случае чего…

– Вы… не право охраняете! А знакомую преступницу!

– Разберемся в отделении, кто преступница, а кто малолетний уголовник… – Он взял Федин локоть на излом. Больно так! Федя вскрикнул. И… что делать-то, пошел, даже почти побежал за своим мучителем, когда тот широкими шагами двинулся от ребят и воспитательницы. Сперва по берегу, потом по улице Красных партизан, что тянулась вдоль реки…

– Больно же, – сказал Федя сквозь зубы.

– Еще больнее будет, – пообещал старший лейтенант. И добавил издевательски: – Кинорепортеры должны уметь страдать. Им даже пули достаются. В горячих точках планеты…

Ярость рывком поднялась в Феде. Вместе со слезами. И все другие чувства пропали: и унижение от того, что смотрят прохожие, и боязнь. Даже страх за Степку на миг забылся.

– В горячих точках… это где вы на бэтээрах на беззащитных людей, да?!

– Ах ты, сволочь…

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.