Синий город на Садовой стр. 65
верхнюю ступень. Оля села рядом.
– Ладно… Порепетируем еще, и получится.
– Не-а… – сокрушенно сказал Федя. – Бесполезно. На твоем месте я бы прогнал такую бездарь…
Он знал, что Оля его не прогонит, с друзьями так не обходятся. И будет он по-прежнему приходить в старый дом на улице Декабристов, где в комнатах с тяжелой коричневой мебелью живет и хозяйничает самостоятельная девчонка Ольга Ковалева. Очень самостоятельная, потому что мать у нее целый день на работе, в конторе какого-то треста, а потом еще руководит в этом тресте самодеятельным театральным коллективом и домой иногда приходит к полуночи, а на Оле – все хозяйство. Отец у нее тоже есть, но живет в Москве, и "там у него свое семейство; ездила я один раз, больше не хочется…". Научилась Оля многое делать и решать сама, потому что характер у нее спокойный и твердый, хотя сперва это незаметно. Кажется наоборот – нерешительная. Стоит такая серенькая, с неприметным лицом, трогает губы костяшками пальцев…
И сейчас тоже – рассеянно водит по губам кулачком, как губной гармошкой. Думает: что же делать-то?
– Давай еще раз попробуем, – вздохнул Федя. И опять ощутил тоскливое замирание. – Ох, нет… Слушай, Ольга, тут кого-то другого надо. Ну, как это говорится… "раскованного". И чтобы лицо у него было выразительное.
– У тебя вполне выразительное лицо, – деликатно сказала Оля.
– Да брось ты… Я внутри себя понимаю, как что надо делать, а вот изобразить это… Не такой человек нужен!
– Где его взять, "не такого"-то? – вырвалось у Оли.
В самом деле, где? Может, Степку попробовать? Нет, маленький. Тут нужен такой, который бы понимал суть фильма. Ведь это же не просто "Наш город летом", а намек, что живет в городе сказка…
Может, Бориса дождаться? Не-е-е… Борька при всех своих талантах уж точно не артист. Его даже в детском саду ни разу не могли заставить на утреннике стихи прочитать…
В общем, скверное дело… "С'скверное дело", – словно кто-то усмехнулся рядом.
– Ой… Оль! А помнишь Березкина? Ну, того мальчишку в лифте!
Она вроде бы и не удивилась:
– Конечно помню.
– Вот уж у кого лицо выразительное! И вообще он… – Федя хотел сказать, что Березкин, по его мнению, человек, на все отзывающийся живыми нервами. Но выразиться столь изящно не решился. – Пригодный для нашего дела.
– А что, пожалуй… – отозвалась Оля. Но без особого оживления. Может, боялась обидеть Федю заменой. – Только согласится ли? Да и где его найдешь?
– Так и найдем, где встретили?
– Может, он там и не живет, а просто приходил к кому-нибудь… Я его там больше ни разу не встречала.
– А… разве ты там еще бывала?
Оля слегка смутилась:
– Я два раза к Анне Ивановне заходила… Ну, она же совсем одна, дочка в Ленинграде. Вот я и думаю: может, помочь что… – И зацарапала костяшками по губам.
Удивительно, как люди стесняются добрых дел.
– Когда ты успела-то?
– А с утра пораньше…
Федя сказал с неловким упреком:
– Могла бы и меня позвать. Глядишь, и пригодился бы…
– Да там и делать-то нечего. Посуду помыла да пол подмела… А Березкина я ни разу не видела. Мальчишек утром полно во дворе, а его нет. Наверно, он не там живет…
– А откуда тогда