Синий луч стр. 212
здесь — ни охоты, ни сна, аж зло начало брать. Думаю, кто-то с перепугу придумал о диверсантах. Решил — плюну на все, смотаю сегодня манатки и на взморье — уток добывать. Выходит, правдашние диверсанты. Чабана Терновского нашли, от фермы километров за двести… в соленый колодец бросили.
— Теперь и второй не уйдет, — сказал Алексеев. — В степи старший лейтенант с чабанами. Здесь с нами капитан Дубов, Был он у нас сегодня, говорил, что если пропустим диверсанта в крепи, трудно найти будет.
— Трудно? — насмешливо перебил молодой охотник. Он встал, отошел недалеко и подтащил сноп камыша. — Да я перестану на гармошке играть, если мы его завтра не поймаем! Самолет поисковый вышлем, с него все видать, как в глазу бельмо! Был мор какой-то на диких свиней позапрошлый год, так мы, бывало, летим, летчик и говорит мне: «Тимофей, считай свиней, вон они на лежках лежат». Гляну вниз — они, как чурбаки, черные. — Камыш — гущина! Все равно их свободно видать! Вот тебе и трудно!
— А на островах? — возразил Алексеев.
— Островов у нас по пальцам пересчитать можно, — Тимофей шумно уселся на сноп.
— Потише ты, — попросил Алексеев.
— Островов у нас пустяк, — продолжал Тимофей. — Вот если к Волге подастся или к Тереку — там леса! А наших пяток островов
мы по былинке переберем, и его, сукина сына, выволочим наружу.
— Есть такие чащобы, что не проберешься, — опять возразил Алексеев.
— Да и это правда, — добродушно согласился Тимофей. Он завозился на камыше. — Выловим и… сразу на зорьку! Год ждал, а тут эта сволота все перепутала! Здесь что за сон? Отодвинешься от костра — зуб на зуб от холода не попадает, придвинешься близко — одежина начинает тлеть. Попался бы он скорее, отпуск кончается!
Дед Михей молча слушал разговор, потом сказал:
— Хорош ты парень, Тимофей, да в таком деле, как у нас сейчас, про сон надо забыть. Особенно ночью… Проворонить можно… Ну, я пойду. Ленька, небось, заждался. Передайте об Антоне, — и он бесшумно скрылся в темноте.
— Надо идти, — Алексеев сбросил с плеча на руки двустволку, посоветовал: — Ты бы, Тимофей, отошел немного от костра. Видать тебя кто знает откуда, а тебе из-за огня ничего не видно.
— У меня слух заячий, — засмеялся Тимофей и тряхнул кудрями. — Думается мне, что он затаился, как мышь, зари ждет. К рассвету поснут, мол, все, вот он и проскользнет.
— Скоро подойдут еще люди, — тихо напомнил Алексеев.
— Вот и дал бы я сейчас команду — всем спать! А на заре — через метр друг от друга людей поставил бы, — сказал Тимофей, оставшись один у костра.
Алексеев, стараясь идти бесшумно, направился к костру охотников, расположенных ближе к Бугровому.
Еще был слышен шорох шагов Алексеева, как вдруг позади Тимофея блеснул нож, и тот упал навзничь. Ударивший схватил сумки с продуктами, котелок и ружье Тимофея, скользнул в темноту и налетел на снопы камыша, заготовленного впрок. Камыш громко захрустел у него под ногами.
Алексеев, понесший невеселую весть о том, что нашелся Антон, резко обернулся. Около костра никого не было.
— Ну и Тимоша, — сказал Алексеев. — Вечно, как медведь, возится, опять на снопы залез, — и все же довольный тем, что Тимофей наконец-то послушался его совета и отошел