Сказки старого Тыма стр. 28
трудились: ходили в тайгу, добывали медведя и лося, белку и лисицу. Целый день мог идти ханты по тайге по следу зверя. Один на один встречался в урмане с медведем. Много звериных шкур добывали смелые охотники ханты, но, ой, как худо они жили. Одевались в шкуры и ели мясо диких зверей и сырую рыбу.
Зато люди, которым белый царь дал власть, хорошо жили.
Они отнимали у ханты обманом и силой дымчатые шкурки белок и бурые шкуры медведей, жирных осетров и сладкую стерлядь.
С каждой новой зимой всё меньше становилось в Нарыме смелых охотников. Они мало видели над собой солнца и умирали от злых болезней. Ханты думали: «Скоро для всех наступит чёрная ночь и в тайге над коричневым Тымом не будет виться дым ни одного охотничьего костра».
…Где таёжная река катилась от песка к песку, в плохую осеннюю пору у бедного чума сидел маленький ханты.
Худая дошонка — малица покрывала тощее тело, — кожа да кости были у мальчишки. На ногах были старые обутки — чижи. Немного ему досталось от отца с матерью. С той поры как ушли они промышлять зверя по верховьям реки, прошло тридцать лун. Не вернулись ни отец, ни мать. Остался маленький ханты сиротой. Жил он с дедушкой в берестяном чуме.
В ясные тихие дни садился старый человек в обласок и добывал сколько мог рыбы. Снасти у него были плохи, и хитрая рыба редко ловилась на них. Маленький ханты стрелял из старого ружья птицу, прилетавшую на озёра, ставил ловушки на мелкого зверя.
Луны сменялись лунами. Снасти совсем порвались, и мало осталось пороха и свинца для ружья у старого и маленького ханты.
Все люди, видно, забыли о них. В очаге у берестяного чума всегда тлел огонь, только редко варилась еда в большом чугунном котле, висевшем над костром у входа.
Старик лежал на лосиных шкурах. Что делать старому человеку? Он всё говорил:
— Шибко плохой стал. Жизнь совсем пропала! Хоть бы приехал купец Стёпка или поп Иван… Но зачем к нам приедет купец Стёпка или поп Иван, когда с нас нечего взять? Ни шкур, ни рыбы у нас нет.
А маленький ханты ни разу ещё не видел ни купца, ни попа Ивана. Он спрашивал:
— Почему с нас чего-нибудь надо взять? Какой это купец Стёпка, дедушка?
— Я, однако, по своей шее знаю, какой этот купец Стёпка, — кряхтел старый человек. — Он всю жизнь обирал меня. Раньше я был молодой и сильный, легко догонял на лыжах самого быстрого лося. Ни одна белка не уходила от меня. Я добывал много-много шкур разных зверей. Но я был таким же бедным, как сейчас. Ты, может быть, спросишь, почему? Ты видел птицу кедровку? Плохая птица! Она выбирает все орехи из дупла у белки и бурундука. Она обворует кого хочешь. Лишь бы ей было хорошо жить. Вот такой и Стёпка-купец.
Маленький ханты знал жирную вертлявую кедровку.
— Он к нам сейчас не придёт, — сказал опять старик. — У нас с тобой нет ни соболей, ни белок. Ой, если бы у нас были шкуры! Купец привёз бы сюда пёстрого ситцу, гнилой муки и водки пополам с табаком. Он напоил бы старика пьяным, забрал все