Скифы пируют на закате стр. 313
сверх первоначального взноса клиент мог потратить по своему усмотрению, проигрыш списывался в убыток фирмы.
Пластинка Стража скользнула в приемную щель, и на экране вспыхнула надпись: «Сингар нин Таб уко Илла. Взнос 100 000 зафиксирован. Да будет милостив к тебе Твала, почтенный дион!» Затем цифры взноса всплыли к самому верху экранчика и застыли там, окруженные алым ореолом.
– Все в порядке, – произнес серадди, скользнув по экранчику любопытным взором, словно хотел удостовериться, что Сингар и в самом деле Сингар с Приполярного края. Потом, улыбнувшись Ксарин и отцепив с массивного браслета уул, он повернулся к своему терминалу. Над галереей зазвучал торжественный мерный грохот литавр.
Лоб Ксении оросился испариной, тонкие пальцы подрагивали, рыжая прядь выбилась из-под парика; охваченная азартом, она уже не строила глазки Чакаре, а на Скифа и вовсе не смотрела. Подметив, что серадди сосредоточенно возится у своей приемной щели, Скиф наклонился к розовому ушку клиентки и прошептал:
– Парик!
– Что? – Ксения раздраженно дернула плечом.
– Поправьте ваш парик. Лишнее внимание нам ни к чему.
– К черту! Не мешайте мне, кретин! Но парик она все же поправила.
– Конец регистрации! – раскатилось над галереей. – Ваш выбор, дионы!
Теперь уже и Чакара не глядел на свою пассию, а словно завороженный уставился в экран. Там появились и замерли столбиком девять букв, девять изящных синих иероглифов – олорто, унузу, уузуу, асара, елегемен, эйсэшэт, ийниил, юнью, яйя; потом медленно проплыло: «Сфера Шардиса. Делайте ваш выбор!» Ксения коснулась дрожащим пальцем «унузу», и знак полыхнул алым. Скосив глаза, Скиф заметил, что серадди выбрал ту же букву.
Следующей, как и положено, объявили Сферу Фрира, и Ксения поставила на «елегемен». Чакара уко Экоб, посмотрев на ее экранчик, сделал то же самое.
Сферы Первой и Второй Лун, Сфера Звезд, Сфера Небес – «юнью», «юнью», «унузу» и «елегемен». Серадди повторил комбинацию очаровательной Ксарин. Это становилось уже интересным!
Последние три Сферы – Тверди, Вод и Воздуха – «асара», «эйсэшэт», «асара»… То же самое отмечено и на соседнем экране.
«Благородство в нем, что ли, взыграло? – подумал Скиф, поглядывая на непроницаемую физиономию Чакары. – Выиграть так вместе, просадить – так тоже вместе! Или он думает, что рыжая из особых счастливиц? Желает прицепиться к чужой удаче?»
Но, что бы там ни крутилось у серадди в голове, надежды его рухнули. Над галереей поплыл низкий рокочущий звук, означавший, что Девять Сфер в подземном хранилище Куу-Каппы начали свой стремительный разбег на месте, затем рокот оборвался, и на экране рядом с комбинацией Ксении вспыхнуло то, что выбрали бог и случай. Хоть рыжая была новичком, давнее поверье не оправдалось: Твала не явил ей свою милость. Как, впрочем, и Чакаре уко Экобу.
Проигрыш означал потерю двадцатой части первоначального взноса, и число «100 000» в верхней части экранчика тут же сменилось на «95 000». При одном угаданном символе взнос возрастал на тысячу, при двух – на три тысячи, а далее начиналась сложная система пересчета, где учитывалось не только количество угаданных знаков, но и их расположение на Сферах. Вероятность же угадать все девять букв составляла одну пятисотмиллионную, и без помощи Твалы такой подвиг не сумел бы совершить никто.
– Лучший результат – пять символов, – разнеслось над галереей. – Сферы Фрира, Первой Луны, Небес,