Библиотека

Скифы пируют на закате стр. 63

Размер шрифта
-
+
Тема

глотке. На воде он держался не слишком уверенно и был, вероятно, перепуган до смерти, но из упрямства не выказывал страха – подгребал ногами и правой рукой, стараясь не наваливаться на инструктора всей тяжестью.

«Сбросить комбинезон?» – подумал Кирилл. Потом он припомнил, сколько полезного распихано тут и там, начиная от стальной проволоки и кончая компасом и мешочком со слитками, и решил, что нельзя жертвовать остатками имущества. Берег казался близким. С волны уже можно было разглядеть подножие серого утеса, мокрый песчаный пляж и нависавший над ним крутой обрыв. Медленно, но неуклонно они приближались к суше и к спасению.

Валы вдруг стали выше. Теперь они изгибались шеями непокорных скакунов, закручивались водоворотом, и Кирилл догадался, что под ним береговая отмель. Наступал самый опасный момент. Если отдаться на милость волне, она завертит, закрутит, ударит о каменистое дно… В лучшем случае оглушит, в худшем – переломает кости. Он вспомнил, как их учили десантироваться в шторм: поджать колени к груди, опустить голову, сгруппироваться, затем, когда почувствуешь дно, резко выпрямиться и бежать – бежать, чтобы откатившийся вал не потащил в море. Но сейчас некогда было втолковывать Джамалю все эти премудрости – тот еле шевелился и слабел с каждой секундой.

Придется седлать волну, понял Кирилл. Рискованный способ – тут все зависело от удачи и от умения удержаться на гребне хотя бы минуту-другую, пока волной не вынесет на берег. Он повернулся к Джамалю, нащупал его плечо, подтянул князя поближе и крикнул:

– По моей команде греби! Греби сильнее, ногами и рукой, иначе нам крышка!

Тот что-то промычал в ответ – видно, понял. Лицо у него совсем побледнело, глаза блуждали.

Раскачиваясь вверх-вниз, Кирилл выбирал волну. До пляжа было метров двадцать, и тут полагалось действовать с осторожностью: если врежешься головой в камень, второй попытки не будет. А камней здесь хватало! Они торчали у самого уреза воды – буро-зеленоватые, обросшие водорослями, шершавые… Будто туши больших мохнатых чудищ, погрузившихся в море и выставивших на поверхность крутые спины и хребты с острыми шипами.

Накатился вал, еще один и еще… Сейчас! Кирилл вскрикнул, потащил Джамаля вперед. Тот догадался, что пора пришла, яростно заработал ногами, вспенивая воду. Волна подняла их, швырнула к берегу; ее прозрачный край затрепетал крыльями бабочки, потом начал скручиваться в тугой валик тарана, готового обрушиться на камни, гальку и песок. И в этом мире, как на Земле, воды и твердь вели свой вечный спор за господство; море, изменчивое и бурное, штурмовало сушу, суша оборонялась, подставляя под удары волн скалистые бастионы, песчаные отмели, груды земли и валунов. В этой борьбе гигантов люди были всего лишь крохотными мошками, захваченными ураганом; их ловкость, упорство и сила не значили ничего.

Почти ничего! Почти!

Им удалось удержаться на гребне. Огромный вал прокатился по пляжу до самого берегового откоса; внизу стремительно промелькнули мохнатые каменные спины, потом длинные пучки водорослей, скатанная водой галька, серая песчаная поверхность… Кирилл перевернулся, принял завершающий удар плечом, прикрывая собой Джамаля. Они рухнули на песок, вцепились в него скрюченными пальцами, уперлись ступнями в податливую, пропитанную влагой массу. Волна с шорохом откатилась назад, вылизывая пляж прозрачньш языком, и Кирилл, пошатываясь, поднялся.

– К скале! – Он помог спутнику встать. – К скале!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.