Библиотека

Сколько зим… стр. 1

Размер шрифта
-
+
Тема

1713939068_6628a27c1c74b.webp

1713939068_6628a27c44aa6.webp

1713939068_6628a27c6dbf5.webp

ПОСЛЕДНЯЯ ЗАСАДА

1713939068_6628a27c91851.webp

Земля лежала под инеем, тонким и чуточку сизым от хмурого рассветного неба, нависшего над горами. Дорога белесой лентой разматывалась вдоль склона, по которому вниз, к оврагу, сбегали каштаны с широкими безлистыми кронами, тоже прихваченные инеем, но не такие светлые, как дорога.

Впереди на взгорке маячило подворье. И дым валил из трубы, пригибаемый ветром к длинной, одетой в железо крыше.

Четверо бойцов красного кавалерийского эскадрона - Иван Поддувайло, Семен Лобачев, Борис Кнут, Иван Беспризорный - ехали на лошадях и вели негромкий разговор.

- Это тот дом, - сказал Поддувайло. Он был старшим группы. - Здесь окрест километров на пятнадцать другого жилья нету. Нужно заслонить егерю путь к югу. Пужнуть его выстрелом в случае чего…

- Верно, - согласился Кнут. - Если он смоется в заповедник, тогда амбец. Тогда можно разматывать портянки и сушить их на солнышке.

- Почему? - пробурчал Лобачев.

- Потому, что Северокавказский заповедник он знает лучше, чем ты свои грабли.

- Некультурное сравнение, - вмешался Беспризорный. - Огрубел ты, Борис. Можно сказать, знает лучше, чем ты свои пять пальцев.

- Это тебе для стихотворений культурные сравнения нужны. А жизнь на них плевать хотела. Она со всякими дружит - и с культурными и с бескультурными.

- Прекратите чепуху молоть, - строго сказал Поддувайло. - Слухайте приказание. Красноармейцы Лобачев и Кнут, ступайте в овраг и как можно швыдче выходите вон к тому карьеру. Ясно? Мы с Беспризорным пойдем прямо в хату…

- Опасно, - заметил Лобачев.

- Все равно вражину брать нужно. Прикрывайте.

Борис Кнут и Семен Лобачев слезли с лошадей.

Было раннее-раннее утро. Дул резкий ветер. Тучи, лохматые и седые, лениво надкусывали горы. И горы стояли без вершин, словно люди без шапок. И тишина была белой и немного сладкой от запаха прелых листьев.

Опустив морду, лошади с большой осторожностью ступали по скользким листьям, под которыми дремал овраг. И голые прутья кустарников мокро хлестали их по ногам и по крупам.

- Как ты думаешь, Семен, - спросил Боря Кнут, - у этого старого паршивца самогон есть?

- Заботы у тебя несерьезные, - ответил Лобачев укоризненно.

Боря Кнут не смутился. И не без хвастовства заявил:

- Я и сам несерьезный. Таким меня папа с мамой сладили.

- Среди людей живешь.

- Люди разные встречаются… Человек, он, понимаешь, Семен, как арбуз. Его же насквозь не видно. Это только в бутылке все ясно и прозрачно.

- Болтун ты, Борис… Уж лучше что-нибудь про любовь бы рассказал, про женское сердце…

- У кого что болит, тот про то и говорит, - усмехнулся Боря Кнут. - Относительно Марии сомневаешься. А ты плюнь па сомнения. К сердцу прислушайся. Там и ответ найдешь. Тем более не спец я по женской части. Женщины любят красивых и серьезных.

Овраг круто уходил вверх. Узкие камни лежали один па другом долгими желтыми пластами.

- Нам здесь не выбраться с лошадьми, - сказал Боря Кнут. - Лошадей привяжем в овраге. Им тут спокойней будет и безопасней. Вдруг тот псих стрелять начнет. Он птица непростая. Связным в банде Козякова был…

Семен Лобачев вздохнул:

- Места, конечно, необжитые. И даже жуткие.

- В том-то и заковырка. Как сказал бы Поддувайло: «Я тебе бачу, а ты мене ни»..

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.