Школьная осень стр. 16
попробовать действие конструктов на практике. Например, на том же хамоватом прокурорском следователе неплохо было бы испытать «дротик». Хотя можно попробовать и «выстрелить» импульсом «живой» силы — я ухмыльнулся — и посмотреть эффект.
В дверь постучали. Я пошел открывать. На пороге стоял капитан.
— Не ушел? — спросил он. — Держи!
Он протянул мне две бумажки — повестки.
— Эту отдашь в школе, — пояснил он. — За сегодняшний прогул. Эта, — он потряс другой, — вызов на допрос к Ожогину на завтра на 10.00. Понял?
Он криво улыбнулся и добавил:
— Как свидетеля.
И вздохнул. В его ауре желтого цвета сильно поубавилось.
— Как помочь тёте Маше? — спросил я. Он воровато оглянулся на соседнюю дверь, зашел в квартиру, прикрыл за собой дверь поплотнее.
— Хороший адвокат может помочь, — сообщил он вполголоса. — Ожогин Марии Гавриловне 102-д «шьёт». Тут ведь как…
Он замолчал, прислушиваясь.
— А ваши начальники не могут помочь? С руководителями прокуратуры переговорить? — удивился я. — Она же защищала меня. Если б не она, Лекса меня б точно убил. И её тоже бы убил. И оружие у неё наградное. Всё законно!
— У нас законы такие! — яростно зашептал он, оглядываясь на дверь. — И с прокуратурой тёрки! Тут только адвокат поможет. Чтоб на 105-ю перескочить.
Я замолчал, потом спросил:
— Это что ж получается? Человека убивают, а он и защищаться не имеет права? Так что ли?
— Имеет! — отмахнулся Шишкин. — Только если убивать не будет! Всё, давай. Пока. Я пошел.
— А ключ? — вспомнил я. — Ключ от квартиры?
— Его приобщат к вещественным доказательствам, — сообщил Шишкин.
— Ладно, — кивнул я и задумчиво произнес. — А если я Воронцову позвоню, попрошу? Он поможет?
Шишкин сжал губы, нахмурился, потом вдруг сказал:
— Я доложу руководству.
И ушел, захлопнув дверь. Я пожал плечами. Мне непонятно было — причем здесь он, руководство и я? Почему он не захотел, чтобы позвонил я? Или он решил всё-таки помочь?
Глава 4
Самбо форевер!
В 14.00 я вышел из дома на тренировку. До начала занятий в секции был час. Автобус ехал минут 30—40. Плюс еще минут 10 — на ожидание на остановке. Тут не угадаешь, расписания чёткого городской транспорт фактически не имел.
Мой выход как раз совпал с окончанием обыска. Ожогин увидел меня и через губу сказал:
— Не забудь, пацан! Завтра к десяти ко мне!
— Как скажете, дяденька! — ответил я. Прокурорский скривился.
— Мне мамку брать с собой? — продолжил я. — А то мне еще 16-и нет!
Но Ожогин уже сел в машину.
— Возьми, возьми! — посоветовал Шишкин из окна «уазика». — Будет лучше.
— Нашли что-нибудь? — тихо спросил я у него.
Он отрицательно покачал головой и с долей ехидства сообщил:
— Геннадий Степанович книжку какую-то ухватил из библиотеки. Говорит, почитаю, отдам подследственной. А я ему — внесите в протокол, пожалуйста. Сразу обратно положил!
— У тёти Маши библиотека хорошая, — согласился я. Шишкин протянул мне ключ:
— Держи! Похоже, запасной от квартиры. На притолоке лежал. На всякий случай.
Они уехали,