Скунскамера стр. 43
самураев общение происходит по ту сторону слов.
— Вот ихние бойцы — чмомоны, — сказал мне как-то раз во дворе будущий самурай лет двадцати, здоровенный конопатый парень. — Все тут японцев хвалят. А на самом деле — их замочить — как два пальца обоссать. Тут их чемпионы приехали к нам, так наши ребята, ну каратисты питерские, отмахали их в легкую.
Саша Погребняк и наш с ним общий друг Данила Расков стояли в двух шагах от нас и обсуждали какую-то политическую теорию. Они терпеливо ждали, пока я наговорюсь с парнем.
— Как это «отмахали»? — удивился я. — Японцы — великие мастера. К тому же карате — это совершенно другая техника. И в айкидо соревнований быть не может. Вы что-то путаете.
— Андрей! — я услышал голос Погребняка и обернулся в ту сторону, где он стоял с Данилой. — Можно тебя на минутку? Извините, пожалуйста… — он ласково улыбнулся конопатому парню. Я подошел.
— Знаешь, что мне в тебе по-настоящему не нравится? — спросил Саша, трогая ладонью свою небритую щеку.
— Что?
— То, что ты каждого урода всерьез воспринимаешь.
— Тебе, в самом деле, не нравится во мне то, что я каждого… урода воспринимаю всерьез? — спросил я Сашу через неделю.
— Это не главное, — сказал философ-постмодернист.
— А что тогда главное?
— Мне не нравится в тебе то, — был ответ, — что ты всегда дебильного цвета одежду подбираешь.
— Саша, — возмутился я, — это же мелочи!
— Это, Андрюша, не мелочи… Это — твоя скудоумная фантазия.
Дед Мороз
Мне сорок лет. Пора подводить итоги и начать в себе разбираться. Итак, я труслив, я стеснителен, я слишком серьезно отношусь к жизни. И, наконец, я не умею фантазировать. Это свойство моей души — самое дурное. Между прочим, я не умел фантазировать даже в детстве. Но папа считал иначе и всегда говорил, что я постоянно все выдумываю и несу какую-то дурь. А я ничего не выдумывал. Я просто пересказывал книжки, которые он сам заставлял меня читать. И совсем не понимал, почему папа сердится. Теперь это моя работа — рассказывать людям про книжки. И мне почему-то кажется, что с тех самых пор я не очень далеко продвинулся.
Хотя у моих родителей другое мнение. Но это теперь. А тогда они совершенно не поощряли меня. Помню, папа довольно скоро приучил меня к мысли, что никакого Деда Мороза на самом деле не существует. Того самого Деда Мороза, про которого все говорят и снимают мультики.
Однажды мама перед самым Новым годом принесла мне свитер. И сказала, что «от Деда Мороза», импортный. Я посмотрел на свитер, и мне сделалось обидно. Лучше бы Дед Мороз подарил мне солдатиков, думал я. Или хотя бы конструктор.
Маму я спросил, почему Дед Мороз сам не принес подарок, а передал через нее.
— Он торопился к другим детям, — как-то неуверенно объяснила мама. — Детей ведь много. Ты не один.
Я расстроился еще больше и чуть не расплакался. Получалось, что Деду Морозу на меня плевать и выбрал он, к кому приехать, совсем других, а не меня. А ведь мог бы хотя бы Снегурочку прислать.
Я знал, что Снегурочка иногда раздает новогодние подарки вместо Деда Мороза, потому что незадолго до этого услышал в гастрономе на Тореза разговор двух бородатых дядек.