След сна. Книга 1 стр. 84
Анита? – Он красноречиво изогнул бровь. – Она из Совета, который веками заботится лишь об одном – как оградить от нас обычных людей. Вплоть до крайних мер. Рассказывай ей побольше, если ребенок надоел.
Гамма эмоций от нее прилетела насыщенная – страх, замешательство и всполохи вины.
– Все, некогда, – отрезал Паша. – Леру я увожу, и это не обсуждается. Не хочу, чтобы она пострадала. Если что – звони, попытаемся помочь.
Что?… Ведь прекрасно видит, что почти дожал! Клиентам в банке так же мозги промывал?
– Возьмите Артема с собой, – выпалила Нина. – Сейчас. Ну… туда, где безопасно. Это хоть в Москве?
– Недалеко, – как ни в чем не бывало ответил Паша. – Адрес оставлю. Иначе как ты ему вещи привезешь?
Она признательно кивнула. Я не стерпела и закатила глаза. Фарс!
– Найди мальчика, – велел он мне и отодвинулся, освобождая выход, – и спускайся к машине.
Я сорвалась с места. Хочет ей наедине еще пару слов сказать? Да сколько угодно! А мне пора к Артему. Наконец-то…
Шаг, другой, третий, злосчастный столик остался позади. Поворот, длинный коридор, наводненный людьми и вкусными запахами, череда вывесок кафе. В глазах помутилось, лифты отпечатались невнятными пятнами. Вот же… Чертова толпа! Сколько ни отгораживайся, откат все равно догонит. Глубокий вдох, выдох, концентрация. Вытерплю… Сытых семей с детьми в лифт набилось словно огурцов в банку, и я не рискнула туда втискиваться. Выбрала эскалатор. Артем отчетливо светился парой этажей ниже, доеду как-нибудь. Ступени под ногами зашуршали и поползли вниз, померещился не то прилив, не то отлив. Мир поплыл, родной отпечаток приближался ужасно медленно. Внутри что-то скреблось, странное, напуганное, не мое. Спокойно! Крепче схватиться за поручень, сохранить шаткое равновесие. Отсчитать бесконечные секунды и наступить на твердую плитку пола. Не едет никуда, уже радость… Это он – нужный этаж. Холл зарябил, исказился, разошелся волнами. Нет, нет, только не ими! Откуда ни возьмись запахло воском, затрещали свечи.
…огни вытягиваются змейками, дрожат. Не страшно. Уже все. Слова сказаны, правда открыта. Духота объятий, зажатые словно в тисках плечи, мой шепот:– Ты был прав. Мне жаль.Тихое, едва слышно «тс-с-с», горячее дыхание на ухо. Жар нарастает, оцепенение сонное, приятное.– Да, – отвечает он на тот вопрос, который я задать не решилась. – Отпускаю. Иди.– Я не вернусь, – говорю как есть. – И дойду вряд ли.– Стоит попытаться.Оправдания застревают в горле, кивок тонет в темноте. Время неумолимо, ожог на руке пылает. Зажмуриться, вдохнуть полной грудью. Не надышишься, но можно растянуть мгновение. Поймать, запомнить. Отныне и навсегда.– Я все испортила, – еще одна правда.– Исправишь.Смех вырывается некстати, впору захлебнуться. Висок обжигает поцелуем, густо разливается тишина. Я знала, с самого начала знала. Он поймет.Пора.Спокойствие пугает, всюду плещется тоска. Прощаться глупо. Лишнее. Пусть последним будет обещание:– Исправлю…Полыхнуло ядовито-ярким, наваждение схлынуло. Звуки донеслись странные – то ли взрывы, то ли выстрелы, бесконечные «бац-бэмц» и надрывное пиликанье. Что за… Постепенно проявились разноцветные железные коробки, мерцающие экраны и напряженные спины перед ними. Игровые автоматы?… Так и есть – целый зал. Сморгнув остатки ряби, я протерла глаза. Парочка подростков пыталась отстрелить хвост мультяшной змейке, группа парней резалась в настольный футбол, лысоватый мужик с внушительным пивным пузом крутил руль виртуальной машинки. Как я здесь оказалась?!
И где выход? В полумраке и отсветах бликов я разглядела штору в