Слепящая тьма стр. 460
создать нормальную полосу задымления - то подойдут к нам под ее прикрытием вплотную.
- Сколько сидим?
- Можно до ночи. Если торопишься - еще пара часов и валим. Старый все равно группу уже увел. Вертушка точно будет?
- Будет. Если и не будет - до границы можно довести. А можно и тупо сдаться.
- Сдаваться не хотелось бы...
Все-таки ломанулись. Минут десять прошло - возможно, столько потребовалось для того, чтобы ширнуться или там по хорошему косяку выкурить. Десять минут - и ломанулись...
Толпа, если честно была жиденькой - человек тридцать,
не больше. Снова заработал миномет, без корректировки - просто на Аллаха. И один за другим, малыми группами, залегая, вскакивая, стреляя, перебегая и снова ложась, на нас двинулись талибы...
Я стрелял передергивал затвор, снова стрелял, снова передергивал затвор и снова стрелял. Как в тире - начал с километра трехсот примерно. С промахами - по движущейся цели иначе не бывает. Но и с попаданиями.
Рядом уверенно бухал, заставляя меня каждый раз после выстрела держаться и шептать проклятья Барретт. Остро, одуряющее пахло порохом...
До пятисот метров - рубежа, за которым начинается зона прицельного огня автомата Калашникова, основного оружия талибов не дошел ни один...
- И это все? - я даже выразил удивление вслух. Ни одна пуля не залетела в наше укрытие максимум неудобств, которые нам все это доставило - это один нас осыпало каменной крошкой после того, как мина легла на скальный козырек над нами. Еще по нервам это проехалось - в один момент показалось, что проклятый козырек обрушится на нас. Воистину, надо быть полным, абсолютным, обкуренным психом, чтобы так переть на снайперов по почти голой каменной осыпи.
- Черти... - Седой вставил последний магазин в винтовку - передернул затвор - больше патронов нет.
Я примерно прикинул. Барретт тащить с собой смысла лет - тяжесть великая, патронов к нему нет. Придется оставить. Жалко, дорогая вещь, купленная на свои деньги, а не выданная на складе - но ничего не поделаешь...
Накрыло на отходе. В который раз убедился в том, что верна, верна старая военная мудрость - самые большие потери бывают при отходе. А еще большие - при драпе. Мы же - именно драпали. Отходили к вертолету, стараясь догнать основную группу и успеть к точке эвакуации - и в то же время мы не могли бросить оружие и снаряжение, которое у нас было. То, что мы успеем к точке эвакуации - далеко не факт, а идти потом по Афганистану без оружия - удовольствие ниже среднего. Барретт бросили, заодно заминировали, остатки патронов пришлось взять с собой - чтобы нее разминировали, да не саданули из него же нам в спину. Сняли с него термовизор - пригодится, да им по цене он дороже самой винтовки выходит. Остальное - на себе, на хребте. Вот так и шли, то и шли, то ли бежали, из последних сил.
И отгребли свое...
Наверное, нас спас Аллах, иного объяснения просто нет. Снова начался обстрел - первая же минометная мина долбанула от нас шагах в двадцати. И - ни