Слишком бурный отпуск стр. 37
какое. Это сюрприз.
– Хорошо, не буду.
– Кстати, хотел спросить: почему ты так трепетно относишься к деньгам?
– А ты никому не скажешь, Белле например?
– Не скажу.
– Наверное, причина кроется в детстве. Мой отец был ненадежным во всем. Не мог правильно рассчитывать время, не умел обращаться с деньгами. Я помню, как к нам приходили судебные приставы, мне тогда было три годика, и я здорово испугалась. Помню, мама плакала по ночам, думая, что я сплю. Я решила никогда не попадать в подобную ситуацию, с тех пор очень бережлива и осторожна с финансами.
– Я не хотел сказать, что ты скряга, но тебе не кажется, что ты упускаешь что-то в жизни?
– Нет.
Конечно, она знала, что упускает порой какие-то моменты жизни. Например, не согласись она на предложение о двух неделях свиданий, вряд ли бы они куда-то поехали.
– Может, сменим тему?
– Конечно.
– Расскажи мне о Париже. Когда первый раз ты туда попал и что тебе понравилось?
– Это нетрудно вспомнить. Родители решили свозить нас в Бордо. Мне было около пяти лет. Это было на Рождество, и мы отправились в галерею Лафайетт. Там стояла самая высокая ель, которую я когда-либо видел в жизни, вся в сияющих огнях и красных яблоках. Мы зашли в кафе за горячим шоколадом, в
нем была палочка корицы. Я никогда не видел ничего подобного в Англии, а еще мы ели шоколадный торт. Мама тогда купила пуансеттию. Филли была в восторге от того, что она называется «Рождественская звезда», потому что листочки напоминают звездочки. Красный, зеленый и золотой – цвета Рождества во Франции. С тех пор сестра все время на Рождество украшает свой магазин во французском стиле.
Слушая непринужденный рассказ о Париже и рождественских традициях в семье Роланда, Грейс расслабилась.
– Как интересно сочетать обычаи.
– Да, верно.
Они переоделись к раннему ужину и отправились в вагон-ресторан. Хорошо, что Грейс купила новое коктейльное платье за день до поездки. Блюда были выше всяких похвал и красиво поданы.
Лобстер, «Турнедо Россини», сырная тарелка, кокосовый щербет с ломтиком ананаса в карамели.
– Я и не знала, что в Восточном экспрессе все так роскошно. Спасибо тебе!
– Je t’en prie.
– Не помню, что это означает.
– Это означает «пожалуйста». Подожди благодарить, мы еще не доехали до Парижа. Надеюсь, тебе понравится то, что я запланировал.
– Если там все будет хоть на один процент так же замечательно, мне понравится.
На станции их ожидал роскошный автомобиль. Они проехали весь центр Парижа. Грейс в восхищении смотрела по сторонам, не желая говорить. Казалось, даже слово могло разрушить атмосферу волшебства. Она и понятия не имела о том, как прекрасен город. Широкие бульвары, красивые здания, воздушность и легкость построек радовали глаз.
Отель тоже поражал великолепием. Величественное пятиэтажное здание с узкими стрельчатыми окнами, балконы с причудливыми стальными перильцами. Именно так Грейс представляла парижский отель. Внутри оказалось еще лучше: белые стены, картины в позолоченных рамах, красные и белые мраморные плитки, железные канделябры, позолоченная балюстрада. Нигде и никогда ей не доводилось видеть такой роскоши и блеска.
Консьерж сопроводил гостей на их этаж. Сердце Грейс тревожно сжалось. Значит, они будут делить одну комнату. Точно угадав причину ее беспокойства, Роланд заметил:
– У нас номер с несколькими