Слишком чужая, слишком своя стр. 163
контакт. О нем никто не знал, значит, Кен тоже. Синклер иногда переделывал вывески нужным людям — естественно, с их согласия. Не надо на меня таращиться, старик, я и так знаю.
— Боже милосердный! Это ты, Лили? — Его лицо краснеет ещё больше. — Заходи же, скорее.
Он живет в своем старом доме, но не так шикарно, как раньше.
— Я даже ни о чем не спрашиваю. Идем в кабинет.
Я иду за ним в кабинет. Можно подумать, что это просто макет операционной. Но я точно знаю: если кое-что добавить, все приходит в действие.
— Садись сюда, — он включает лампу. — Кто сотворил с тобой такое? Руки оторвать этому мяснику. Так, здесь забрали довольно аккуратно... Теперь нос... Придется поработать. Несколько часов, если ты хочешь все за один раз. Это встанет тебе в кругленькую сумму.
— Если ты сможешь сделать.
— Я? — Он обижается. — Да я мог бы Квазимодо превратить в Брэда Питта. А тут какая-то несчастная... Ну, ладно. Пятьдесят тысяч. Но я же рискую!
— А я не рискую? Может, ты за это время спился. Может, подрастерял квалификацию. Кто может мне гарантировать? Я рискую остатками своей вывески, а ты...
— А я рискую жизнью, если... Только не будет
никакого «если». Я завязал уже давно. Потом скажу, почему. А такие операции мне приходилось делать за это врем много раз. Благодаря твоей протекции — помнишь? То-то же.
— Получишь бабки, но после того, как...
— Договорились. Но выдай мне аванс — надо закупить препараты, еще кое-что.
— Это я оплачу отдельно. Но покупать будем вместе — чтобы у тебя не возникло соблазна сэкономить.
Ишь какой, будто я его первый день знаю!
— У тебя всегда был злющий язык. Но я всё равно рад видеть тебя. Не расскажешь, где пропадала?
— Меньше знаешь — дольше живешь, Синклер.
— Узнаю тебя. Ты не изменилась.
Через два дня Синклер был готов. Черт подери, я знаю, что рискую, сильно рискую, но у меня нет выбора. Ну что же, надеюсь, Осирис и на этот раз будет ко мне благосклонен.
— Ты только не бойся,— его прохладная ладонь гладит мой лоб. — Я изучил снимки, все видел. Я буду осторожен с твоей головой, хотя после такой операции я бы не рекомендовал... Но я понимаю. Что, ты думала, я не замечу? Милая моя, я же врач — и хороший врач. Работу мастера всегда замечу, а с твоей головой после травмы управился настоящий художник. Ну, а я — художник в другом. Только не бойся.
Но я боюсь, все равно боюсь. Я не смогу контролировать ситуацию, потому что буду под наркозом, и может случиться что угодно. Может, Синклер уже продал меня. Нет, это была плохая идея. «Беги, Керстин, беги!..» Нет, ма, я не могу, потому что золотые ленты закрывают мне глаза.
— Признайся, что ты плохо обо мне подумала.
И как только старик заметил, что я очнулась? Черт, больно-то как! Болит все лицо и такое ощущение, словно кожа вот-вот треснет.
— Ну, так что? Ты же подумала, что я веду двойную игру, так?
— Ну и что? — Вот