Слишком много сыщиков стр. 36
его принять примерно через час. А мистеру Груму передайте, что он осел. Не следовало ему меня арестовывать. Теперь ему нечем мне угрожать, если он не хочет предъявить мне обвинение в убийстве или аннулировать мое освобождение под залог — первое будет верхом идиотизма, а второе слишком затруднительно. Убирайтесь вон! Нет, постойте. Арчи, как попал сюда этот человек?
— Просто вошел. Он постучал, а я открыл дверь.
— Понимаю. Ты, конечно, истинный друг, Горацио . Это у тебя в крови.
Вулф перевел взгляд на полицейского.
— А вас, сэр, прислали только за мной или также за мистером Гудвином?
— За вами обоими.
— Прекрасно. Тогда возьмите с собой мистера Гудвина. Меня вы можете увести только силой, а я довольно тяжел — вам меня не поднять. Прокурор может позвонить мне позднее, но я не думаю, что приму его.
Орангутанг чуть помялся, открыл пасть, захлопнул ее, потом снова открыл и пролаял, чтобы я шел за ним. Я повиновался.
Вулф, должно быть, смаковал победу, но он просчитался. Поскольку в общей потехе я не участвовал, я уже предвкушал, как повеселюсь, задираясь с прокурором.
По дороге я еще замыслил, что неплохо бы пригласить Салли Колт отобедать вместе, но, увы — когда прокурор наконец сообразил, что препирания со мной совершенно бесполезно, шел уже третий час. Я заскочил в ближайшую аптеку, позвонил Вулфу, сказал, что он плохо разбирается в животных, поскольку настоящий осел — прокурор, и спросил, нет ли каких распоряжений. Как и следовало ожидать, распоряжений не оказалось. Я набрал номер Салли, спросил, не хочет ли она сходить со мной в кино, и получил ответ, что она бы счастлива, но страшно занята и не может. Это она-то занята! Замечательно! Что ж, пусть попробует найти, как уберечь меня от электрического стула. Я зашел в закусочную, проглотил молоко с сандвичем, потом вспомнил, что все расходы на нашу поездку в Олбани будут оплачены, отыскал ресторан, который порекомендовал нам Стенли Роджерс, заказал и уплел роскошный обед на шесть долларов, и потребовал чек. Официант рассказал мне, где найти бильярдный зал, и я отправился по указанному адресу, позвонил Вулфу, доложил о своем местопребывании и сел последить за игрой. Какой-то жучок предложил мне сгонять партию. Я обставил его с подозрительной легкостью, после чего избежал полного банкротства лишь благодаря тому, что отказался поднимать ставки до суммы, которую предложил этот прохвост. Жучок решил, что не стоит тратить силы на такого скрягу, и отвалил. Время уже близилось к семи вечера, когда кассир окликнул меня и сказал, что меня зовут к телефону. Я не помчался сломя голову, а выждал с минуту. Пусть толстяк подергается.
— Алло.
— Мистер Гудвин?
— Да.
— Говорит Салли Колт. Меня мучает совесть, что я вам отказала, но у меня не было иного выхода. Вы, конечно, не захотите поменять кино на ужин?
Я не сразу совладал с собой. Только один человек мог сказать ей, где меня искать. Салли не виновата.
— Отчего же, — сдержанно произнес я. — Ужинаю я каждый день. Когда?
— Когда сможете — я уже свободна. В гостинице?
— Нет, я знаю местечко получше, всего в двух кварталах от гостиницы. «Хеннингер». Давайте встретимся там через пятнадцать минут.
— Договорились. «Хеннингер»?
— Да.
— Хорошо. Я скажу мистеру Вулфу,