Слово о бессловесном стр. 81
для маленькой пальмы.
В ту зиму пальма тоже заболела, большие, похожие на страусовые перья, листья пальмы стали желтеть. Однажды утром, придя на работу, Владимир Ильич нашёл на полу кабинета жёлтый опавший лист.
Ленин заволновался. Он попросил своего секретаря Лидию Александровну Фотиеву найти пальме поскорей хорошего лесного доктора. Очень скоро такого человека нашли, и к Ленину в Кремль приехал из ботанического сада старый, знающий своё дело садовник. Он стал осматривать больное дерево, а Ленин сидел и смотрел за его работой.
В это время к Владимиру Ильичу приехал доктор Розанов и вошёл в кабинет, как всегда, без доклада.
– Подождите, пожалуйста, – сказал ему Ленин, улыбаясь, – здесь сегодня двое больных и приём докторов производится в порядке очереди.
Садовник скоро кончил свой осмотр. Он сказал Владимиру Ильичу, что с пальмой ничего особенного не случилось. Надо только очистить корни, пересадить дерево в другую землю, и пальма оживёт.
– Спасибо вам большое, – сказал Ленин и пожал садовнику руку. – Так вы говорите – переменить землю? Хорошо.
А потом Ленин обернулся к доктору Розанову и сказал тихо и чуть-чуть грустно.
– Видите, доктор, как просто лечить деревья.
– Ой, – сказала Галка шёпотом. – Ой, как хорошо! А за окном был снег?
– За окном был снег, – повторил Андрей Гаврилович.
IIВсе мы, природолюбы, – люди, озабоченные смолоду. Всё нам кажется, что вот последние видим мы на земле леса, пьём воду из последних рек и ходим за грибами под последними деревьями. А скоро всю
природу, что останется, запрут под стеклянный колпак, и люди после нас будут жить уже не под облаками, а под колпаками.
Это уж такая у людей привычка. Если человек что-нибудь или кого-нибудь всем своим существом, всем своим сердцем любит – девушку, звезду или берёзку, обязательно ему мерещится, что так любить может только он один на всей нашей земле, а может быть, даже и в ближайшей Галактике. Чувство это неплохое, и бояться его не следует, вреда от него не бывает, а пользы много.
Несколько дней назад ехал я от дома писателей к Серебряному бору в автобусе номер шесть.
На остановке в автобус вошёл молодой ещё, видный из себя подполковник с необычной для военного человека ношей. Бережно обнимал он обеими руками горшок с незатейливым и довольно примелькавшимся в литературе цветком – фикусом.
Все сидячие места в автобусе были заняты. Подполковник один стоял в проходе. Вокруг сидели пожилые, уставшие после работы люди; многим из них молодой и бравый подполковник годился бы в сыновья. Если бы пришлось ему сидеть, а этим людям входить в автобус на остановке, то, конечно, он поднялся бы и уступил место, ну хотя бы вот этой седой и красивой женщине или её хмурому пожилому товарищу.
На повороте машину сильно тряхнуло, и цветок закачался и затрепетал.
Пожилой рабочий поднялся и сказал, обращаясь к подполковнику: «Садись. Сломаешь». – «Нет уж, – воскликнула седая женщина и встала, улыбаясь. – Пожалуйста, садитесь на моё место, я через две остановки выхожу»…
В дальнем углу автобуса точно ветром сдуло со скамеек мальчика и девочку. Мы их даже сначала не заметили, такие они были тихие.
Очень растерянно