Случайный билет в детство стр. 2
сидящие в здании напротив. Хреново, раз они не видят, что творится в комнате.
— «Стена пять и шесть», что у вас? — Это уже нам.
— «Стена-пять» готов, — доложил Жихарев.
— «Стена-шесть» готов. — Сказал я в микрофон и покосился в близкое окно десятого этажа, где на подоконнике сидела кошка и пялилась на меня.
— Понял вас. Ждите.
Сдвинул очки на шлем и подставил лицо ветерку. Когда ещё наше начальство решит задачу со многими неизвестными? Покосился на Жихарева, тот тоже «прохлаждался». Кошка потеряла ко мне интерес и начала умываться.
— Хоть бы удачу намыла.
— Что? — Не расслышал Жихарев.
Показал ему на окно.
— А, понял.
Наконец рация ожила:
— Внимание, «Гнездо-пять», «Гнездо-шесть» контроль, «Стена пять и шесть» поставить «глаз».
Мы с Олегом переглянулись. Предстояло незаметно установить маленькую, но весьма многофункциональную камеру на стекло окна. Такие же камеры имели другие группы, но там мешали газеты, наклеенные на стёкла изнутри.
— Серёг, я ставлю «глаз», ты прикрываешь.
— Добро. — Ответил я и сказал в микрофон: — «Штаб», ставим «глаз».
Спускаемся к девятому этажу и переворачиваемся. Я замираю в полутора метрах выше окна, прицелившись из пистолета. С другой стороны, завис Жихарев, держа в руках камеру-таблетку. Он протянул руку и быстро прилепил камеру к стеклу, в самый верхний угол. Затем мы отодвигаемся от окна в
стороны. Я докладываю «Штабу»:
— «Глаз» установлен.
— Понял вас.
Опять ждать. Сдвинул очки на шлем, всё легче и прохладней. Сейчас в штабе долго будут решать — что делать? Посмотрят в камеру, определят — сколько преступников присутствует в комнате, уточнят количество заложников, и решат — с какой стороны начинать штурм квартиры.
Есть три варианта. Первый — это входная дверь, но есть один неприятный момент — дверь железная. Спецы сказали — это не проблема, но прозвучало не совсем уверенно, что заставило напрячься и почесать лоб начальству. Вариант два — лоджия и окна на восточной стороне, то есть окно кухни и двух комнат. Но там все окна закрыты, почему-то, газетами. И вариант три — западное окно, ничем не занавешенное, выше которого висим мы. Плюс, возможные комбинации.
Наверно преступники решили, что с противоположного здания, стоящего в трёхстах метрах их не достанут. Наивные. Хотя, отчасти они правы. К этому окну доступ сложней, да и солнце на этой стороне даёт блик и снайпера пока ничего не видят. Может, удастся потянуть время, чтоб блик сошел, вот только висеть на солнцепеке в нашей черной спецуре не «комильфо». Ветерок не приносит должного облегчения. Это другим группам в теньке, на восточной стороне высотки хорошо, а нам…
Скорей бы «штаб» определился с дальнейшими действиями.
Это сотрудники из наркоотдела лопухнулись. Почему-то пошли на захват вчетвером, а наркокурьер оказался прикрыт, причем хорошо прикрыт. Результат — три оперативника ранены, и один из них попал в заложники, а курьер и ещё четверо боевиков, заперлись в подвернувшейся квартире, где возможны ещё заложники. Наркоотдел почесал репу и вызвал нас, то есть городской спецназ. Вот и висим вдвоём, как марионетки, ждём «с моря погоды».
Тут я вижу что к нам спускается боец. Сразу узнаю в нем Валеру Истомина. Он зависает в четырех метрах выше и докладывает:
— «Штаб», я «Стена-девять». На месте.
— Принято «Стена-девять», — тут же отозвалась рация, — внимание, всем