Случайный билет в детство стр. 203
— А что мы туда понесем?
— Я все приготовил, — говорит Ильяс. — У калитки поставил сумки с соком, ведро с мясом и прочим. Только забрать.
— А дрова?
— Ребята перед вами саксаула натаскали, за глаза хватит. Ну как, поели?
— Счас.
Мы выпили по стакану сока, поднялись и увидели, что к беседке идет отец Ильяса.
— Ну что, ребята, наелись? — спросил он.
— Да, спасибо, Датур Акылбаевич.
— Может еще чего принести?
Мы дружно замотали головами, а Олег выразил общее мнение:
— Нам бы для шашлыка место оставить.
— Так у нас тоже они есть, — улыбнулся Расулов, и поднял руки, — ладно-ладно, сами так сами.
Он повернулся к ветеранам.
— Эке, Касен Ержанович, пойдемте, гости уже собрались.
Все вместе идем по дорожке. У дома Датур Акылбаевич остановился. Вновь на меня поглядел.
— Я слышал — ты хорошо играешь и поёшь.
— Могу сыграть…
— Не сейчас, — остановил меня Расулов. — Потом. Был рад познакомиться с тобой, и хорошо, что у моего сына есть такие друзья.
И крепко пожал руку мне, затем Олегу, и Марине, но галантно.
— Но в следующий раз, — вдруг строго сказал он мне, — будь осторожнее. Безрассудность, конечно, не порок, но и не достоинство.
— Однако у смелого джигита удача в запазухе. — Возразил Касен Ержанович.
— Верно! — рассмеялся Расулов. — Ладно, ребят, идите, развлекайтесь.
У калитки нас ожидал сюрприз в виде всего приготовленного Ильясом — эмалированное ведро с мясом, большая сумка с соком (я шесть трехлитровых банок насчитал), две сумки поменьше, одна с хлебом, вторая с яблоками и помидорами.
— Ильяс, — потрясенно сказал Олег, — и как мы все это понесем?
— Вообще-то, — почесал затылок Расулов, — ребята прийти и помочь должны, но что-то запаздывают.
— Чего ждать? Навстречу пойдем, — решил я.
Маленькие сумки взяла Марина. Савин и я вместе взяли сумку с соком, а Ильяс ведро. До речки надо пройти несколько кварталов, Мы даже очень бодро прошагали до следующего перекрестка. Дальше стало труднее. По просьбе Олега мы поменяли руки, но протащили всего пол квартала, как Савин вновь запросил обмен.
— Привал! — выдохнул Расулов, ставя ведро рядом.
— Ну и где помощники? — возмутился Олег. — Все руки уже оттянул.
— Да ладно, вам, — хмыкнула Марина. — Вы же мужики!
— Мужики, — пробурчал Савин, — тягловые, блин.
— Погнали, — говорю я, — а то время идет.
Вновь тащим сумки бодрым шагом, только чтобы руки не начинали болеть, чаще меняемся местами.
Мы вышли к реке, и сразу у меня появилось странное беспокойство — ощущение дежавю. Пробежался взглядом по окрестностям. Яблоневые сады на том берегу, крутой и каменистый склон, затем более крутой и укрепленный бетонными плитами берег, и собственно — сама плотина. Что не так? Приглядываюсь к самой плотине. Та же труба, наверняка с отсутствующей нижней частью заграждающей решетки, лестница от нее… странно, не помню, а она всегда такой была? Присутствовали простые скобы, просто вбитые в стену. Впрочем, неважно. Что еще? Русло? Так оно меняется с каждым годом, то река течет посередине, то ближе к этому берегу, то к тому. Все зависит от мощности весеннего потока, в котором валуны приличных размеров несет словно мячики, они и формируют основное русло.
Народу на речке мало. За исключением наших ребят, лишь пара пацанов купается в рукотворной запруде, гораздо выше по течению. И кто-то загорает у самой воды