Библиотека

Смертные души стр. 4

Размер шрифта
-
+
Тема

на причудливый огонь со ржавыми узорами и со страху хочешь удариться в бега. Женщина тебя удерживает:

– Больные в данный момент наносят удар по крематорию, думают, что можно через самосожжение уничтожить печи для кремации и спалить больницу. К чему тебе бежать?

Ты уныло сбавляешь шаги. В клубах дыма, похожих на рыбьи чешуйки, вертятся напоминающие ленты из оберточной бумаги осколки костей, которые будто вновь складываются в человеческие формы, прежде чем беспорядочно рассыпаться и рухнуть вниз. Вдалеке раздаются смутные раскаты грома. Больница приняла незнакомый вид.

Вебер поясняет:

– Есть у нас больной, которого зовут Эйнштейном, это закулисный подстрекатель бунта. Эйнштейн заявляет, что ему неизвестны идеалы, которые можно было бы обосновать научными методами. Если увидишь его, то немедленно сообщи мне. Нам надо задержать его.

Ты припоминаешь, что уже слышал это имя в палатах. «Эйнштейн». Это не рядовой человек, а «больной среди больных». Ты было открываешь рот, чтобы высказаться на этот счет, но до тебя доносятся слова женщины:

– Как дела?

Вебер ответил:

– Только что прорвалось несколько человек, пожарники их уже изловили и сожгли. Противодействие огню – дело первостепенной важности для больницы. Управление пожарной безопасности сменило канцелярию медицинского страхования в качестве ключевого отделения всей больницы. Реагируя на чрезвычайную ситуацию, меня назначили начальником пожарников.

В крематории повсюду висят огнетушители и пожарные рукава. На стальной конструкции выведен красным по желтому лозунг: «Повышаем возможности по выявлению и устранению скрытых угроз пожаров, наращиваем возможности по организации тушения зачинающихся огней, повышаем мощности по эвакуации и спасению личного состава, усиливаем работу по пропаганде, просвещению и обучению противопожарной деятельности».

Нос у Вебера высоко вздернутый, глаза впалые, уши заостренные, волосы жиденькие, все тело в морщинах. Он кричит во весь голос, по долгу службы раздавая указания пожарникам. Вновь вбегают больные. Туман прорезают непрерывные возгласы. Вскоре самоподжигателей связывают козлом и закидывают в печку, выжигая из них совершенное произведение искусства. Ты ощущаешь, что все повторяется с самого начала, только в новой обстановке.

Вебер пристально всматривается в поднявшиеся грибами облака дыма и замечает:

– Подлинная личина мира – все-таки огонь. Если наш дух не проходит выжигание одиночеством и тоской, то ничего стоящего из нас не выкаливается.

Во главе пожарников Вебер принимает меры в отношении больных. Времени на то, чтобы потчевать тебя и женщину чаем, у него нет. Ты ощущаешь тревогу. С другой стороны, сразу и не распознаешь с простыней на плечах, кто ты: врач или больной.

Женщине не удалось отыскать в крематории кислородный баллон, так что она уводит тебя прочь. Густой дым сжимает и приводит в дрожь всю землю, словно поднятое ураганом моретрясение или же вызванное вулканом землетрясение. Ты с отвращением чувствуешь, как твое тело обливается потом, силы оставляют тебя. Ты бросаешь взгляд на кажущийся призраком посреди океана столп огня, и мысли твои устремляются к словам Вебера: «Подлинная личина мира – огонь».

Женщина понимающе говорит:

– Малой Вэй, ты, наверно, чувствуешь, что не особенно разбираешься в текущей обстановке в больнице. Но что бы ни происходило – остается только противостоять этому. Кто-то заявляет, будто никогда уже больше не вернутся лихие времена. Это пагубное заблуждение. Смутное время вообще никуда не уходило. В мирное время кажется, что зайти в больницу – обычное дело, как в киношку

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.