Смута. Том 1 стр. 403
ногами ступила в холодный и быстрый поток, на скользкие камни, и требовалась немалая ловкость, чтобы устоять.
Она поняла всё сразу. И знала, что нужно сделать.
Схватила Игорька за руку, вцепилась крепко-крепко.
Сейчас она точно знала, что то самое течение нагнало их наконец, подхватило и готово нести дальше; и только от неё, Юльки, зависит теперь, чтобы они попали именно домой, а не куда-то ещё.
— Нам пора, — вырвалось у неё совершенно чужим, отчего-то срывающимся голосом. — Уносит… дело сделали… пора…
Все так и замерли. Кроме подскочившего и бросившегося к ней Фёдора Солонова.
И именно Фёдору Солонову она посмотрела прямо в глаза, именно ему она сказала:
— Я приду.
Комната закружилась вокруг них, нахлынула непроглядная тьма, а затем…
— Да что вы, что вы, Эн-Эм, просто бросок напряжения!.. — услыхала Юлька.
Мир вспыхнул, голова больше не кружилась, и вокруг них с Игорьком, которого она по-прежнему крепко держала за руку, возникла знакомая лаборатория, заполненная гудящей аппаратурой; профессор Онуфриев, Миша в свитере, Стас, бабушка Мария Владимировна…
И только на ней, Юльке, как, впрочем, и на Игорьке, не современная одежда из 1972 года, а гимназическая форма 1909-го.
Здесь, в лаборатории, не прошло, похоже, и трёх секунд. Кажется, никто не успел даже испугаться.
Мария Владимировна поняла всё первой. Шагнула к Юльке, сгребла её в охапку, другой рукой обняла Игорька, тут же принявшегося смущённо вырываться:
— Ну, ба, ну что ты, ба…
А вот Юлька не вырывалась. Просто крепко обнимала бабушку, и всё.
— Вернулись… — прошептала Мария Владимировна. — Вернулись…
И заплакала.
1
Н. А. Вельяминов (1855–1920) — в нашей реальности хирург, лейб-медик, тайный советник (что соответствовало званию «генерал-лейтенант»), врач императора Александра Третьего, академик Императорской военно-медицинской академии.
2
Михаил Гаврилович Тартаковский (1867–1935) — в нашей реальности эпизоотолог, микробиолог и патологоанатом. В 1904 году опубликовал работу, где показал, что «выделяемое зелёной плесенью вещество подавляет возбудителя куриной холеры», то есть почти что открыл пенициллин. Был репрессирован и погиб в пересыльном лагере.
3
Феофан Затворник (1815–1894) — русский богослов, знаменитый проповедник своего времени, епископ Тамбовский и Шацкий, затем Владимирский. С 1872 года — в затворе, в Вышенской пустыни Тамбовской епархии.
4
Большевицкий — допустимый в русском правописании вариант образования слова «большевистский», имеющий, однако, более негативную эмоциональную окраску.
5
ДПЗ — Дом предварительного заключения.
6
«Добрый день, господа, мне нужно поговорить с офицером» (нем.).
7
Совет рабочих депутатов (нем.).
8
Господин капитан, я должна уведомить вас (нем.).
9
А. А. Брусилов (1853–1926) — в нашей реальности русский военачальник, во время Первой мировой войны, в 1916 году, провёл успешную наступательную операцию под городом Луцк (так называемый Брусиловский прорыв). С 1920 года — в РККА.
10
Позорный памятник предателям польского народа (польск.).
11
Памятник шести генералам и одному полковнику армии Царства Польского, убитым мятежниками в ходе Польского восстания 1830 года за отказ нарушить присягу, данную царю Польскому и императору Всероссийскому Николаю I.
12
Виктор Карлович Булла (1883–1938) — сын знаменитого петербургского фотографа Карла Карловича Буллы. Как и отец, выдающийся фотограф, кинодокументалист, один из пионеров этого жанра в России. В нашей реальности после революции и впрямь вынужден был подрабатывать в петроградской ЧК. Принял Советскую власть, много снимал членов правительства, в т. ч. В. И. Ульянова (Ленина) на VIII и IX съездах партии. Несмотря на