Сначала забудь ее стр. 39
Джули не могла справиться и с этим. Сначала Джемайма просто старалась помочь, но кончилось тем, что она полностью взяла на себя обязанности матери и винила себя в том, что Джули вернулась к работе в Лондоне, оставив ей малыша, потому что так и не смогла наладить с ним контакт. У сестры вообще были проблемы в отношениях с другими людьми. Она нигде подолгу не задерживалась на одном месте и не поддерживала контакты, предпочитала сбегать, когда назревали неприятности.
Лучиано не чувствовал ни капли сострадания к ней. Джули совершила много плохого, но она не была безнадежным человеком.
Джемайма решительно вышла из ванной и направилась к двери, ведущей в коридор, которая все еще была открыта.
– Я любила сестру и не сожалею об этом. Единственное, о чем сожалею, – то, что соврала тебе. Это неправильно. Я слишком привязалась к Никки и боялась потерять его, но это не оправдывает меня.
– Это была игра на силу, не так ли?
– Сила здесь не имеет значения.
Вдруг она услышала отдаленный крик ребенка.
– Никки плачет.
– Карлотта позаботится о нем.
Но Джемайма не слушала его, бросившись к лестнице. Звук доносился откуда-то сверху, значит, Никки находится этажом выше.
– Я не могу оставить его в таком состоянии.
Скорее всего, она долго не задержится в замке, особенно после того, как он узнал правду. У нее нет прав на ребенка. Поражает то, что он, зная все это, занимался с ней сексом. Хотя и признался, что изрядно выпил. Мысленно она содрогнулась. Неужели это алкоголь сделал ее более привлекательной? Почему она вообще об этом думает? Разве сейчас это имеет значение? Да, они переспали. Назад дороги нет. Для него это обычное дело. Даже спросил, сколько стоит ее невинность. Это самое унизительное. Она чувствовала себя обиженной, и в этом виновен он.
Глава 7
Карлотта обеспокоенно качала на руках Никки. Лицо малыша было малиновым от слез. Он громко всхлипывал.
– Ему не нравится, если его качают, когда он плачет.
Джемайма думала о том, что лучше было бы сразу обсудить все нюансы с няней, до того как та начнет заботиться о малыше. Из-за двери они услышали речь на итальянском. Карлотта нахмурилась и с недовольным видом отдала ребенка Джемайме. Лучиано находился в комнате в качестве переводчика, но девушка решила не обращать на него внимания. Никки засуетился, когда няня передавала его, и, почувствовав Джемайму, обхватил ее за шею маленькими ручонками и прижался к ее груди.
– Плохой сон. Он бывает напуган, когда просыпается, – пояснила девушка. – В такие моменты нужно просто успокоить его.
Она все еще беспокоилась по поводу своего внешнего вида. На щеках горел румянец, сердце ныло от недавно пережитого. Она вдохнула запах малыша – запах чистоты и невинности – и с глубоким вздохом опустилась в кресло-качалку рядом с колыбелькой.
Казалось, факт того, что они оба недавно были раздеты, заметен каждому, и это очень неловко. Девушке не хотелось, чтобы кто-либо даже предположил, что она переспала с Лучиано. Это ее личный позор. Карлотта лишь улыбнулась ей, радуясь, что малыш затих.
Никки на руках Джемаймы почти сразу успокоился. Лучиано не без удивления отметил это для себя. Малыш судорожно схватил ее за палец, чтобы быть уверенным, что она никуда от