Снегурочка для мажора стр. 17
тебе прогулка пойдет на пользу — совсем здоровенькая у меня.
Беру девушку на руки и сажаю себе на колени.
Маруся все еще стесняется, но уже не шарахается от меня, как в первые дни. Для себя же я четко решил: она. И точка.
— Пойдем.
Через час мы уже наряжаем зеленую красавицу.
Маша с энтузиазмом набрасывает дождик на елку, а я пытаюсь закрепить звезду.
— Машунь, а ты к родителям на Новый Год хотела поехать?
— Да, а что?
Слезаю с лестницы и подхожу к девушке, беру ее руки в свои:
— Мань, давай встретим новый год с моими родителями, а первого января поедем к твоим — знакомиться?
— Так быстро? — ахает и тут же начинает паниковать.
— А чего ждать? — удивляюсь я и до меня вдруг доходит: — или я тебе совсем не нравлюсь?
Вот дурак, а об этом-то я не подумал. Привык, что автоматом нравлюсь девушкам, все они всегда бегали за мной, но моя Маня — не такая. Моя девочка чистая и искренняя и ее симпатию надо заслужить.
— Ты чего? — она хмурит бровки: — Нравишься, День. Очень нравишься, знал бы ты как…
Последнее — шепотом и у меня срывает планку. Все, не могу больше себя держать. Подхватываю ее под попу и аккуратно кладу на кровать. Она гладит мое лицо, смотрит своими небесными глазами, разматывает меня так легко, играючи. А мне хочется встать перед ней на колени и поклясться в вечном служении своей царице.
— Поцелуй меня, — просит тихо, но решительно.
И как тут отказать?
Поцелуй получается горячий, тягучий, распаляющий все внутри и обещающий так много… Я стараюсь не торопиться, но куда там. Вижу по ней, что готова, что сама хочет, тянется.
Медленно раздеваю ее, целуя каждый участок, каждую клеточку кожи. Шепчу ласковые слова и обещания, говорю ей о том, как люблю, о том, что уже без нее не смогу. Так много всего произошло за эти дни.
И все это сделала она.
— Маш, давай поженимся? — ее голова лежит на моей груди и я пропускаю ее светлые пряди через пальцы.
Моя Снегурочка замирает, а после медленно поднимает голову и смотрит на меня, будто сомневаясь, что это может быть правдой.
— Когда? — ее голос дрожит, а на глазах наворачиваются слезы.
— Давай прямо завтра? Сегодня-то уже все закрыто.
На дворе девять вечера, ну какие ЗАГСы?
Маша садится на кровати и подтягивает простынь, закрываясь:
— Ты не шутишь? — ее голос дрожит, того и глядишь, заплачет.
Та-ак. Я тоже сажусь и смотрю на нее внимательно:
— Машунь, да разве шутят такими делами?
— И мы вправду
поженимся? — нет, все таки заплакала.
Притягиваю малышку к себе:
— Если ты не скажешь мне “нет”, то поженимся.
— А как же знакомство с родителями, сватовство, День?
— Новогодние праздники нам зачем? Как раз этим и займемся. Только для начала твоей детворе подарки купить надо. Ну что, согласна?
— Согласна, — кивает она и начинает рыдать еще пуще.
— Маш, только я должен сознаться тебе кое в чем. Не хочу, чтобы ты от кого-то ненароком услышала, а после все не так поняла.
— Ты меня пугаешь…
— Ни в коем случае. В общем, незадолго до нашей встречи, мой отец поставил нам с братом условие: мы должны найти себе