Соблазн быть счастливым стр. 47
ловко раскинутую сеть моих ухаживаний. Не знаю, была ли эта паническая атака (по тем временам считавшаяся, разумеется, обычным недомоганием) вызвана моим возвращением в мир расчетов и цифр или же давящим на меня присутствием девушки, которая, как мне казалось, стремилась запереть меня в клетку заранее предопределенной жизни. Я встал с места и, не говоря ни слова, сбежал оттуда.
Какой-то период времени я работал даже частным детективом. Это было забавно – по большей части мне приходилось заниматься слежкой за неверными женами. Правда, и эта моя работа долго не продлилась. Следя за женщинами, я влюбился в одну из них. Наша страсть была короткой, но необыкновенно яркой – прямо как тирада моего шефа, когда он вышвырнул меня на улицу. Дело в том, что в кульминационный момент наших любовных отношений я раскрыл моей возлюбленной, кто я на самом деле такой.
В общем, в течение нескольких лет я хватался то за одну, то за другую работу – лишь бы нигде не пускать корни и не жить под гнетом соображений о посредственном, но обеспеченном будущем. А потом я встретил Катерину. Она была секретаршей в конторе, предлагающей услуги бухгалтерского учета, где я очутился по ходатайству одного из моих братьев. Он был так счастлив, что помог мне, что у меня не хватило мужества отказаться от этого предложения, хотя я с первого дня уже понимал, что не вижу своего будущего в этой конторе. Однако вышло так, что я остался в ней на всю жизнь, успев за это время завоевать Катерину, жениться на ней, завести двоих детей, а потом переключить свое внимание на других женщин.
Я сразу же влюбился в нее, как только увидел. Она была очень милой, скромной, но решительной, элегантно одевалась и всегда была готова оказать помощь и радушный прием. Да, точно, это верное слово: Катерина умела принимать, во всяком случае поначалу. Меня же всегда привлекали те, кто позволял мне поживиться любовью, не претендуя на взаимность.
В эти годы я снова вернулся к профессии бухгалтера и проводил дни в расчетах, в поиске жилья, которое должно было стать нашим домом, и мебели для его обстановки. Потом в какой-то момент я решил остановиться. Я просто больше не мог – я ненавидел эту работу, вычисления, цифры, необходимость плесневеть за рабочим столом. Я ненавидел свою жизнь, которую – в какой уже раз – выбрал не я сам.
Всю мою жизнь я пытался убежать от сидячей работы – и я потерпел фиаско. Всю мою жизнь я брыкался что было сил, веря, что смогу ускользнуть от судьбы, решившей, как мне казалось, поймать меня в западню. Я потерпел фиаско. Всю мою жизнь я менял разные пути, лишь бы только не становиться бухгалтером. Я потерпел фиаско.
Так или иначе, Катерина в этот период очень меня поддерживала: она понимала мое состояние души и подстегивала меня искать мой собственный путь. Я убедил себя в том, что очень ее люблю – хотя уже в тот момент знал, что ничего к ней не испытываю, и вновь ринулся на поиски занятия, более созвучного моему представлению о жизни. Затем пришла новость, что Катерина беременна. Таким образом, ей пришлось оставить контору, а мне, наоборот, вернуться.