Библиотека

/soft/total/ стр. 12

Размер шрифта
-
+
Тема
с маленькой грудью, моделей, имитирующих подростковое поведение и т.д. Затем под запрет попало порно со всеми видами сексуальных извращений, а в скором времени было запрещено все порно без исключения.Борьба за копирайт привела к тому, что скачивание или перепост любого чужого контента стали считаться преступлениями.Кроме того, постоянно велся поиск новых угроз, от которых надо было защитить пользователей. Весьма успешным был эксперимент с продвижением так называемых «цифровых наркотиков». В их рекламу были вложены огромные деньги, но они с лихвой окупились. Когда цифровые наркотики распространились достаточно широко, была развернута кампания «Сеть без наркотиков». Ее целью было доказательство безусловного вреда этого видамузыки. Вскоре цифровые наркотики были запрещены, а их хранение приравнено к хранению обычных наркотиков…

13

Затяжной дождь монотонно барабанил по стеклу, укачивая и усыпляя. Они снова лежали рядом, выжатые и опустошенные. Маша что-то говорила, но слова не долетали, как будто их смысл не мог пробиться сквозь несколько сантиметров мутного воздуха. Она прижалась к плечу ПалСаныча, и он вдруг почувствовал бесконечную благодарность. Хотелось прикрыть и защитить от всего мира этого чужого в сущности человека, так остро и необратимо вошедшего в его жизнь.

…вторая волна кризиса… – говорила Маша, – все долгосрочные проекты свернуты, общество уже не справляется в полной мере даже с самообеспечением. Мы живем за счет резервных фондов, а они не безграничны. Уже в следующем году ситуация станет критической. И потребует жестких решений.

Все так плохо?

Хуже, чем Вы можете представить. Семнадцать процентов трудоспособного населения уже проходит стационарное или амбулаторное лечение. Как правило, без особых успехов. Остальные на очереди. Почти каждый третий – на грани. Вы знаете, как это отражается на экономике?

Нет, я же историк…

ПалСаныч, поверьте, подробностей вам лучше не знать. Если коротко – речь идет не о временном снижении эффективности, но о масштабном свертывании. Со всеми вытекающими.

Но ведь все эти риски были заложены в систему изначально. И ничего, жили. Живем же, уже сколько лет живем, и ничего. Маша, ты уверена, что производство… Что все действительно рушится?

ПалСаныч приподнялся, опершись на локоть. Никогда прежде он не видел Машу такой серьезной.

Через три-четыре месяца начнутся перебои с продуктами. И не только. Будут волнения, и, возможно, придется применять насилие. Если только не найдут лекарство. А его, скорее всего, уже не найдут…

Не знаю, Маша… Боюсь, ты права. Процесс уже необратим, точка невозврата была пройдена в начале двадцатых. Когда начались массовые процессы по авторским правам, еще можно было что-то сделать, можно было бороться за конфиденциальность информации. Но ты правильно заметила – все, кого могли услышать, боролись за свои деньги, боролись против неприкосновенности личных тайн. А потом было уже поздно. Потом все приложения перевели на облачные сервисы, и компьютеры превратились в простые терминалы, как будто время повернули вспять. Потом запретили шифрование и пароли, а хакерство приравняли к экстремизму. После этого уже ничего нельзя было сделать. Да и некому. Все уже были под плотным колпаком.

ПалСаныч, мы не можем вернуться назад. И потом – все же было сделано правильно, иначе было нельзя. Иначе была бы анархия. Время было такое, Вы же помните.

Я помню то время. Но я до сих пор не знаю, что же тогда

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.