Соглашение стр. 39
обязательств. – Она сделала паузу, видя мое замешательство. – Давай. Мы совпали. Это вполне осязаемый социальный контракт, а ты собираешься разорвать его, попирая все мыслимые нормы общения.
Я улыбнулся ей и вскинул руки, признавая поражение.
– Ну как же могу я разорвать социальный контракт?
– Конечно, ты же не животное, а? – поддразнила она. Я хмыкнул, и Джина продолжила: – Так значит, договорились? Планируем официальное свидание? – Она заправила за ухо прядь волос.
– Официальное свидание.
– Отлично. – Она хлопнула себя по коленям и встала. – Когда и где встретимся?
– В четверг в семь подойдет?
– В четверг – это что, через неделю? – сдвинула брови она.
– Нет, в четверг через шесть дней.
Она даже не улыбнулась моей шутке, а лишь покачала головой.
– Слишком долго. У меня сегодня свободный вечер. Встретимся в «Джонатане» в шесть. – И вышла, не оставив мне времени на возражения.
Была пятница, а значит, свидания не разрешены и по расписанию я должен проводить время с семьей. Передо мной стоял выбор, и я вперил взгляд в монитор, судорожно соображая. Внезапно брякнул телефон, и на экране я увидел имя Джины со словами «жду не дождусь» и подмигивающим смайликом.
Я вздохнул и, отбросив сомнения, сделал свой выбор. Неправильный.
Глава тринадцатая
ЭйнслиКогда телефон зажужжал снова, меня объял ужас. Все утро я думала о Стефане, не в силах выбросить его из головы. После первого сообщения на следующее утро после свидания я надеялась, что он сдастся. Я вовсе не собиралась отвечать, но меньше чем за неделю получила уже больше десяти посланий и теперь при каждом сигнале телефона боялась, что это снова Стефан.
К моему облегчению, сообщение оказалось всего лишь от Питера.
Сегодня придется задержаться. Можно перенести семейный вечер?Я закатила глаза и застонала. Ничего удивительного. Мужу недавно дали два больших проекта, и я знала, что он очень загружен, но все же надеялась, что сегодня вечером все будет иначе. Особенно учитывая события предыдущей ночи.
Быстро набрав ответ: «Конечно», я убрала телефон в ящик стола. Меня бесило внезапное чувство разочарования – тяжелое, наполняющее рот неприятным привкусом. Как будто я проглотила какую-то гадость. С таким же чувством подростком я наклонялась над унитазом и засовывала пальцы себе в горло, чтобы избавиться от ненавистного ощущения. Но сейчас никакая промывка желудка не помогла бы. Как и два других известных мне способа: резать кожу на внутренней стороне бедра или бегать до кровавых мозолей. Почему я снова наступила на те же грабли? Почему разрешила себе надеяться, будто все может измениться? Я ненавидела подобную беспомощность. Мне всегда требовалось исправить ситуацию, а отсутствие возможностей что-то изменить приводило в ярость.
Телефон снова зажужжал, и я достала его из ящика – возможно, Питер догадался, как я взбешена, – но на экране значилось имя Стефана. Я шумно выдохнула и открыла приложение.
Нам нужно поговорить. Пожалуйста.Я ткнула пальцем в его фото и стала искать, как отключить уведомления. Сейчас мне не хотелось говорить ни с ним, ни с кем-то еще. Наговорилась уже. Почему до него никак не дойдет? Под фото выплыли три варианта: «Пожаловаться», «Заблокировать» и «Оценить».
Я выбрала «Заблокировать», и фото Стефана исчезло, а экран стал белым – все наши сообщения стерлись. Как не бывало.
«Пользователь заблокирован».
Вот. Я сделала все, что могла.
Остается только надеяться, что