Библиотека

Соглашение стр. 61

Размер шрифта
-
+
Тема

– Сколько нужно сеансов психотерапии, чтобы измена перестала быть изменой? Что касается детей, я не хотела бы, чтобы они жили в семье, где нет любви, так что ж говорить обо мне самой?

– Но… даже если муж изменил… это же еще не значит, что он тебя не любит.

– О чем ты сейчас говоришь, Гленнон? – насторожилась я, но тут из коридора послышались голоса мужчин. – С чего это вдруг?

– Да так. Ты же меня знаешь. Люблю поразглагольствовать. – Она покраснела и, не глядя на меня, поставила на стол блюдо с закусками.

Вскоре вернулись наши мужья с бутылками пива в руках, и все сели за стол. Гленнон избегала встречаться со мной взглядом, и Сет заполнял молчание болтовней о своей командировке и слиянии компаний.

Я даже не пыталась слушать, так и эдак вертя в голове слова Гленнон.

Что она имела в виду?

С чего все эти вопросы о том, не изменяет ли мне Питер?

Что ей известно?

Глава двадцать вторая

Питер

За ужином Эйнсли была необычно тихой. Я пытался привлечь ее внимание, понять причину ее молчания, но безуспешно. Она почти не смотрела в мою сторону, а если и поглядывала мельком, то с совершенно отсутствующим, затуманенным видом.

Наконец ужин закончился, и она тут же, пробормотав извинения тихим дрожащим голосом, ушла в туалет. Что-то случилось.

Сет посмотрел на меня, потом перевел взгляд на Гленнон.

– А… в чем дело?

Гленнон сжала губы.

– Мне кажется, ей немного нездоровится.

Поняв намек, я встал из-за стола.

– Пойду спрошу. – Я выскочил из столовой настолько быстро, насколько позволяли приличия, и успел дойти почти до конца коридора, когда сзади послышались шаги.

– Питер!

Я развернулся и с удивлением увидел, что за мной спешит Гленнон.

– Да?

Она кивнула на дверь в гостевую комнату слева по коридору.

– Нам надо поговорить.

Я нервно сглотнул. Такие слова обычно не предвещают ничего хорошего, а у меня не было ни малейшего желания выслушивать от Гленнон морали и поучения о том, что и когда я должен рассказать своей жене.

– Хорошо… – Я прошел за ней в комнату, а она включила свет и захлопнула за нами дверь.

Я уже бывал тут раньше, даже раз или два ночевал здесь: светлые ярко-желтые стены, посередине кровать на кованых железных ножках, с голубым покрывалом и подушками под цвет стен. В этой комнате, единственной во всем доме, на полу еще оставалось ковровое покрытие, хотя, как сказал Сет, они собирались избавиться от него следующим летом.

За окнами уже окончательно стемнело, а внутри идеально чистой и слишком ярко освещенной комнаты все было тихо и мертво.

– В чем дело? – спросил я, откашливаясь.

Гленнон сузила глаза.

– В чем? И ты еще спрашиваешь? Почему ты не рассказал ей?

Внутренне холодея, я пытался прочесть что-то на лице Гленнон. Эйнсли так расстроилась из-за нее? Гленнон рассказала о нас?

– Не было возможности. У нас сейчас дома такая кутерьма, Гленнон, тебе просто не понять.

– Я понимаю одно: ты всегда найдешь какую-то отмазку. То дети, то дом, то работа, то учеба… Каждый раз выискиваешь причину ничего ей не говорить. Пора решиться и отодрать пластырь.

– Ты что, уже сказала ей что-то? – Я указал пальцем на дверь.

– Нет, конечно. Я же пообещала, что дам тебе возможность

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.