Соглашение стр. 62
признаться самому. Мы с тобой договорились, что рассказать должен ты.
– Да, я помню и обязательно расскажу. Только не дави на меня.
– Не смей. – В ее голосе зазвенела боль. – Не смей говорить мне, чтобы я не давила. Я сама могу рассказать Эйнсли прямо сейчас. Рассказать всю правду, и вашему браку сразу придет конец. Но я этого не хочу. Ни для Эйнсли… ни для тебя.
– Так чего же ты тогда хочешь, Гленнон? Чего именно ты добиваешься? Ведь ты до сих пор ничего не сказала Сету, правда? Почему я должен первым сообщать такие новости?
– А как сам-то думаешь? Стоит мне рассказать Сету, он бросится к тебе. И тогда Эйнсли сразу же все узнает. Я даю тебе возможность признаться самому только из уважения к подруге. Так она успеет хотя бы попытаться переварить новости, прежде чем наш мир рухнет окончательно.
– Ведь можно сделать и по-другому. Мы вовсе не обязаны ничего никому рассказывать. Можно сделать вид, что этого просто никогда не было, – предложил я, и под ложечкой предательски засосало.
– Я не могу так поступить с лучшей подругой. Не могу смотреть на нее каждый день, зная, что продолжаю лгать. Не могу каждый день смотреть на Сета и делать вид, будто все прекрасно. Эйнсли должна знать правду. Я больше не могу так. Если она узнает, что я столько времени утаивала от нее… Ай, да что там. Она все равно возненавидит меня. – Гленнон вздохнула, качая головой. – Я ужасно измучилась, Питер, честное слово. Не знаю, что делать. Ты должен ей все рассказать.
– Пожалуйста, Гленнон. Ты не понимаешь…
– Или ты расскажешь, или я.
– Послушай, сейчас не время. Да, знаю, я уже говорил это миллион раз, но просто невозможно даже вообразить более неподходящий момент, чем сейчас.
– Мне уже плевать, Питер. Я больше не собираюсь учитывать твой график. Эйнсли имеет право знать.
– Я тоже так считаю, не сомневайся. И уже пытался поговорить с Эйнсли. Мы работаем над нашими отношениями, и кое-что начинает получаться. Но нельзя огорошивать ее прямо сейчас. Пожалуйста, Гленнон, умоляю тебя. Дай мне чуть больше времени, чтобы все утрясти.
– Сначала расскажи моей лучшей подруге правду, а потом утрясай что угодно… – Она скрестила на груди руки. – Даю тебе неделю, а потом расскажу сама. Неделю, слышишь? Никаких больше проволочек, Питер. Если хочешь, я могу присутствовать, помогу тебе объясниться. Но Эйнсли должна узнать правду, и ждать я больше не собираюсь.
– Прости меня, Гленнон. Мне очень жаль, правда.
– Спасибо за извинения, но они не по адресу. Уж если перед кем и извиняться, то перед Эйнсли. И тебе, и мне. Ей-богу, Питер, реши наконец сам, кто тебе нужен, и как можно быстрее. Пока не потерял всё.
Послышался звук открывающейся двери ванной и тихие шаги Эйнсли по коридору. Мы оба замолчали и замерли, пока она не прошла мимо. Когда шаги затихли, Гленнон взялась за ручку двери.
– Она сказала, что уйдет от тебя, если узнает об измене. Не знаю, хочешь ли этого ты…
– Нет, – покачал головой я. – Конечно нет. Я люблю ее, Гленнон.
– Тогда расскажи правду, а дальше как карта ляжет. – Она рывком распахнула дверь и вышла, погасив за собой свет.
Глава двадцать третья
Эйнсли– К тебе пришли.
Привстав из-за