Шоковая терапия стр. 121
заявление сложно опровергнуть, – вздохнул Карпухин. – В квартире повсюду – пальчики Татьяны, ее любовника и телохранителя. Никто не видел, как он ее сталкивал, точно так же, как ни одна живая душа не видела, как она упала сама. Дружников не отдавал приказания избавляться от Донской физически…
– А если он его и отдал, то не в письменной же форме! – перебил Лицкявичус. – Сейчас в их интересах покрывать друг друга.
– Все верно. На данный момент мы имеем лишь то, что имеем, а именно – версию Дружникова и Юдина. Честно говоря, у меня нет оснований подвергать ее сомнению.
– А что же с дневником Геннадия? – вспомнила я. – Как он попал к Денису Розбашу?
– Лариса, опять же, постаралась! Она рассудила, что Розбаш – самый вероятный подозреваемый в убийстве Рубина, если кого-то не устроит кандидатура Татьяны – так сказать, запасной вариант. Само собой, Анфису Караваеву Смирнова не поставила в известность о том, что случилось на самом деле, поэтому все решили, что убийца – Татьяна. Кроме того, Караваева, зная об уже имевших место и благополучно замятых случаях агрессии и попыток самоубийства, отнесла и то происшествие на счет медикаментов, принимаемых Татьяной по назначению врача клиники. Руководство требовало замести следы, и версия об изнасиловании пришлась весьма кстати. Однако потом в «Сосновом раю»
появился Леонид, и все снова пошло кувырком. Конечно же, Лариса не могла и представить себе, что Кадреску ведет серьезное расследование, поэтому она даже позволила себе расслабиться и завести с ним романчик. Затем он начал как-то подозрительно активно интересоваться обстоятельствами гибели Рубина. Сперва Смирнова думала, что этот интерес порожден его страхом за себя и болезненным любопытством, но когда Леонид попросил ее достать пробы крови и мочи Артура Степанова, она заподозрила неладное. Лариса отдала Леониду фальшивые результаты анализов актера – именно поэтому мы никак и не могли связать его с остальными людьми из списка, подброшенного под дверь Кадреску. Она решила, что на этом все и закончится, но не тут-то было: Леонид продолжал копать дальше, и Лариса окончательно уверилась в мысли, что он что-то подозревает. Тогда она решилась на отчаянный шаг и подбросила дневник Рубина Денису Розбашу – в надежде сбить Леонида со следа.
– А где она его взяла? – спросила я.
– В кабинете Рубина, после убийства. Она справедливо полагала, что там полно компромата на нее, да и, возможно, изложены соображения Рубина по поводу той информации, которую он собирался предоставить СМИ и Комитету.
– Не проще ли было избавиться от дневника?
– Даже не представляю, чего ради Смирнова хранила эту улику. Однако, как выяснилось, она поступила таким образом не зря: вырвав листы, бросавшие тень подозрения на нее саму, Лариса очень удачно подставила Дениса. И я едва на это не купился! К счастью, все случилось так, как случилось.
– Да уж – к счастью! – с сарказмом пробубнила Вика, пристально рассматривая свои выкрашенные в темно-зеленый цвет ногти. – Леня ведь едва не погиб!
– Ну, не надо такого трагизма – не погиб же! – отмахнулся Никита. – Да и вообще, ничего такого уж страшного с ним не случилось!
– Ты не прав, Никита, – серьезно возразил ему Лицкявичус. – Такого не должно было произойти, и это – моя промашка! В тот последний день до Ларисы со