Библиотека

Солдат императора стр. 31

Размер шрифта
-
+
Тема

тронула сильнее чем итальянские дела и приезд императора вместе взятые. — Пауль Гульди, говоришь? Что-то припоминаю, Конрад трепался… думал цену набивает… Ладно! Решено! — и он повелительно помахал указательным и средним пальцами в воздухе, направив их на секретаря, — запиши и напомни мне посмотреть это чудо, а то я точно забуду. — Он помолчал, пожевал губами, потом решительно взгромоздил ноги на подоконник, откинулся на спинку кресла и проговорил:

— Займемся делами. Насчет пушек. Пиши! Его императорскому Величеству, Божьей Милостью и так далее, сам знаешь, Карлу V, или нет, к дьяволу… нет-нет, это не записывай! Так. Нам нужно еще три дюжины бочек с ядрами для полукулеврин, и порохового припаса к ним. Напиши еще, что недостает пеньковых канатов для обвязок. То, что прислали с предыдущим обозом — дерьмо и гниль. Так что, канаты нужны. Чем мы пушки таскать будем? Записал? Хорошо. Дальше напиши еще вот что: если коротко, то для похода нужна жратва и питье. Солонины бочек тридцать, а лучше сорок. И рыбы вяленной тридцать бочек. И вина не менее двух дюжин… и три дюжины пива. Тех запасов, что в наличии сейчас на все время не хватит. Если солдат не кормить, они буду кормить себя сами — это непреложный закон войны! Нам бы только до Италии добраться, а дальше сам знаешь, ха-ха-ха. Записал? Так. Нужен свинец для пуль. Пятого дня я проверял лично, свинца мало, а для мушкетов и аркебуз нужен свинец… что ты говоришь? Подвезли свинец? Тридцать пудов еще? Да, тогда, пожалуй, довольно… Запиши все, перебели, оформи, как положено и вечером ко мне на подпись. Потом разошлешь по адресатам. Вот еще. Напомни нашему уважаемому фельдцейхмейстеру, что до начала похода, он должен закупить запасных древок для пик и алебард. К тому, что есть уже нужно сто связок для пик и двести для алебард. Да не штук! А связок! И чтобы из доброго ясеня, хорошо высушенного. Или из вяза мелколиственного. Скажи, что лично проверю. Если проворуется — убью. Вот клянусь своей правой рукой. Заколю паразита. — Фрундсберг собрал все свое обличье в угрожающую гримасу и сделался страшен. Потом гневные морщины разгладились, он помолчал немного, видимо мучаясь какой-то мыслию, а когда чело его победительно просияло принятым решением, изрек:

— Чёрт, совсем не думается с утра. Вроде и поупражнялся, а вот не думается, и все тут, голова, как деревянная! Слушай… а давай выпьем? — Фрундсберг поймал полный укоризны взор Адама Райсснера и, даже, снизошел до оправданий. — Да не кисни ты, как старая бабка! В поход скоро, на войну, а война — кислых не

уважает, не-е-ет! Война веселых уважает! Да не гляди ты, как девочка полонянка, ты мне так дырку проглядишь. Знаю, что утро! Я же не предлагаю нажраться до поросячьего визга. Только так… символически, здоровья для. — Тут опытный и веселый воин, видимо, стараясь не потерять уважение дамы Войны, вскочил и полез в шкап, плотоядно облизываясь и подмигнув Райсснеру, пожалуй, заговорщически подмигнув.

— Вот! — он торжественно вытащил из нижнего отделения шкапа пузатую, аппетитно булькавшую бутыль. — Вот! От этого даже ты не откажешься! Этого даже таким видным философам, и образованным людям, как мы с тобой с утра не грех причаститься. — Тут Фрундсберг прищурился, повернул бутыль к

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.