Библиотека

Солдат императора стр. 86

Размер шрифта
-
+
Тема

индульгенциями и все такое прочее.

— Не замечал тебя, друг мой, в приверженности идеям Лютера… — вопросил я, так как начал свободнее плавать по морям местных религиозных учений и не преминул отточить свое умение.

— Безусловно нет. Я католик. Но реформировать церковь пора уже давно. Иначе мы пожнем такую кровь, что все нынешние войны покажутся милой детской забавой. Стяжание богатства духовного и земное обогащение — несовместные вещи. Помнишь, что сказано в Евангелии насчет богатого, игольного ушка, верблюда и Царствия Небесного?

— Так Лютер и реформирует.

— Нет, мой друг, нет. Знаешь что такое реформа?

— Ну?

— Не нукай. Реформа есть изменение с целью улучшения. — Согласен?

— Ну!

— Так вот, если так, то реформировал Ян Гус. Больше века с тех пор прошло. Лютер не реформирует, Лютер уничтожает. На месте разрушенного, строит нечто новое. Не совсем христианское, если посмотреть. Или, скорее, совсем не христианское. А помнишь, что сделали с Гусом?

— Ну?

— Его сожгли за ересь. Вот теперь пожинаем плоды „просвещенной“ политики далекого Констанцского собора… Какой-то ты сегодня немногословный?!

Все таки, Адам умнейший человек. Такой ясной манеры выражать свои мысли не часто встретишь даже в стенах моей родной Академии. Даже среди профессорского состава. Когда герр Райсснер не блюёт, поговорить с ним одно удовольствие. В качестве примера приведу наш обмен мнениями

по поводу избрания нового дожа Венеции.

— Адам, мне новая имперская креатура не кажется надежной.

— Отчего, позволь полюбопытствовать? С каких пор ты стал разбираться в политике?

— Нечего и разбираться. Гритти и его прихлебатели уже получили кругленькую сумму. А ты вполне прозрачно наобещал еще, так что они естественно будут сдувать с тебя пыль и лить оливковое масло в задницы имперским дипломатам. А как получат всё, что хотели, так снова примутся за старое, сиречь, полезут воевать. Не доверяю я таким „благородным рыцарям“. Торгаш он торгаш и есть. Взял свое и гори всё огнем. Пошлёт он вас в скором времени, ой пошлёт! А если французы предложат больше, так и ещё скорее.

— Пауль, у тебя превосходный выпад в терцию. И удар unterhau несравненный. Вот и занимайся тем, к чему у тебя призвание. Дипломатию оставь знающим людям.

— Ёрничаете, господин секретарь?

— Да, так как ты заслужил.

— Это чем же? — тут Адам устало прислонился к стене дома, а дело было на улице, по дороге к замку Сан-Анжело, придал лицу и голосу поучительное выражение и молвил вполне веско:

— Ты упустил очевидное. Во-первых, сейчас Валуа не в состоянии подкупить даже самого себя, не то что жадных венецианцев. Во-вторых, и это самое главное, пока наши пики щекочут им задницы, эти купчины будут мягче воска и сговорчивее жида, которому предлагают беспроцентный кредит. Война с нами невыгодна. В противном случае, мир стоил бы гораздо более весомых сумм. И те не были бы гарантией. Так что наша задача: одной рукой набивать им кошелек, а другой покрепче закручивать яйца в тисках. Вопросы еще будут?

Нельзя не согласится, — подумал я и помотал головой. В том смысле, что вопросов больше не имеется. Каждое слово, как полновесная гиря. Весомо.

…

Рим — город невероятный. На каждом шагу встречаются следы древней, угаснувшей цивилизации, настолько мощной, что магия её имени до сих пор жива. Этот мир обязан тому, ушедшему Риму

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.