Библиотека

Соната Единорога стр. 7

Размер шрифта
-
+
Тема

мир, но Индиго нигде не было видно. Позади Джон Папас мягко произнес:

– Закрой. Закрой дверь, Джозефина.

Джой закрыла дверь и прислонилась к ней. Джон Папас стоял у прилавка и тер лоб. Сейчас он был больше похож на себя, чем за все время с момента появления Индиго. Но при этом, как подумалось Джой, Папас выглядел постаревшим и очень усталым. Потом он запустил руку в шкатулку и принялся, не глядя, перебирать монеты.

– А вы его знаете, да? – спросила Джой. Джон Папас резко вскинул голову.

– Знаю? Его? Ты что думаешь, я брожу по городу и выискиваю людей по имени Индиго, Кадмий Желтый или что-нибудь вроде этого? Что, по-твоему, я похож на человека, у которого могут быть знакомые вроде этого мальчишки? Забудь. В жизни его не видал.

Старый грек очень рассердился. Ему это было не к лицу.

– Ну, на то было похоже! – заявила Джой. Она испытывала усталость, раздражение и еще какое-то странное чувство. – И еще похоже было, будто вы знаете эту музыку.

Джон Папас долго смотрел на Джой, и в глазах его не было ничего, кроме ее отражения. А Джой смотрела на него, упрямо стараясь не моргать. Потом Папас почесал затылок, и на лицо его медленно вернулась улыбка – правда, кривоватая, словно ему растягивали губы крючком.

– Джозефина Ривера! – произнес он, потом добавил что-то на другом языке, потом снова перешел на английский. – Джозефина Ривера, откуда ты взялась? Откуда ты взялась в этом пыльном старом музыкальном магазинчике на голову несчастного старого грека? Почему бы тебе не пойти поиграть в бейсбол или футбол или не сходить на танцы со своим парнем? Почему бы не пойти в кино? – Папас все еще боролся с улыбкой, но она уже успела просочиться в его глаза.

– Я не люблю бейсбол, – отозвалась Джой. – И у меня нет парня, и танцую я плохо – все так говорят. А здесь мне нравится. Нравится помогать и вообще. Просто я хочу, чтобы вы мне объяснили, что происходит. Почему я не могу об этом спросить?

Джон Папас вздохнул.

– Можешь, конечно, только я отвык вести разговоры, которые не касаются музыки или починки инструментов. Если бы ты жила одна, как я, ты бы вообще разучилась разговаривать.

Тут старый грек принялся теребить собственные усы. Папас сперва подергал их за кончики, потом пригладил и в конце концов произнес:

– Джозефина Ривера, у тебя бывало когда-нибудь чувство, что рядом с тобой что-то находится – совсем рядом, стоит лишь голову повернуть? А как повернешь голову – ничего нет. Бывало?

Джой кивнула.

– Вроде того, как ты чувствуешь, что на тебя кто-то смотрит, но не можешь понять кто?

– Да, вроде того, – согласился Джон Папас. – Или, может, вроде того, будто ты смотришь на что-то, что совсем рядом – ну, может, через улицу, – и чувствуешь, что видишь лишь часть вещи, а целой тебе никогда не увидать. Такое с тобой бывало?

– Кажется, да, – медленно отозвалась Джой. – Моя Абуэлита – моя бабуля, – когда я была совсем маленькой, говорила мне, что если я достаточно быстро поверну голову, то смогу увидеть собственное ухо. Вот что-то вроде этого.

Неожиданно у Джона Папаса снова сделался усталый и какой-то отсутствующий вид.

– Ага, – сказал он. – Ну что

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.