Библиотека

Советник королевы - суперагент Кремля стр. 249

Размер шрифта
-
+
Тема

первого свидания Профьюмо с Киллер, как свидетельствует последняя, его пригласил к себе сэр Норман Брук, секретарь кабинета, и предостерег от слишком близких отношений с Уордом, у которого тесное знакомство с «помощником российского военно-морского атташе». Правда, о его связях с Киллер и связи Иванова с ней не было сказано ничего. Профьюмо, однако, перепугался и отменил намеченное свидание с Киллер, но некоторое время спустя возобновил встречи с ней. Если бы все это стало известно тогда, а не позднее, как это случилось, скандал с делом Профьюмо мог бы быть еще более громким.

В этих условиях английское правительство предпочло «спустить» дело Филби «на тормозах» (двух таких дел — Профьюмо и Филби — было слишком много для правительства). Но этому воспрепятствовали американские спецслужбы. Они опубликовали показания Голицына, из которых явствовало, что Филби работал на советскую разведку. Американцы потребовали объяснений, почему Макмиллан в 1951 году защищал Филби и уверял, что тот ни в чем не виноват.

В свою очередь, и английские журналисты спрашивали, почему Форин оффис рекомендовал газете «Обсервер» принять Филби на работу, характеризовав советского шпиона как человека, «заслуживающего доверия».

Невиновный, оказывается, был виноватым

Правительство вынуждено было выступить с объяснением. 1 июля 1963 г. лорд-хранитель печати Эдвард Хит отступил от ранее данных Макмилланом заверений о невиновности Филби. Он отказался от сделанных в свое время заявлений, что Филби не был так называемым «третьим человеком кембриджской группы» и сообщил, что «Ким Филби покинул Бейрут и направился в одну из стран советского блока». Английское правительство, конечно, знало, что Филби в Москве, но предпочитало уклониться от упоминания страны, в которую он выехал.

На вопрос Маркуса Липтона, был ли Филби «третьим человеком» в группе Берджеса и Маклина, Хит ответил: «Да, сэр».

После отъезда Филби в Москву поиски других членов «кембриджской группы» отнюдь не прекратились. Спецслужбы Англии и США начали так называемую «великую охоту за кротами», то есть за советскими шпионами. Героем этой охоты, американским Шерлоком Холмсом стал Джеймс Англетон, действия которого очень напоминали методы Макиавелли. Именно он был первым, кто заподозрил Филби (сначала инстинктивно, не имея никаких доказательств). Филби впоследствии рассказывал, что они с Англетоном каждую неделю обедали вместе в вашингтонском ресторане «Харви» и тесно сотрудничали друг с другом.

Под подозрение попали все американцы, учившиеся или посещавшие Кембриджский университет в 1930–1934 годах. Таких нашлось 28 человек. В число советских разведчиков был зачислен ряд ни в чем не повинных людей, в том числе Грехэм Митчелл, заместитель Роджера Холлиса. Всего комитет МИ-5 расследовал 270 заявок на лиц, которых подозревали в шпионаже на СССР. Все чаще при этом упоминалось имя Бланта. Опасность все ближе и ближе подкрадывалась к нему.

Расправа с сотней советских дипломатов

Английская контрразведка, понесшая такой урон в результате действий Лубянки, в свою очередь, вынашивала планы реванша. Реализация их была ускорена попытками КГБ внедриться не только в английскую дипломатическую службу и в секретные службы Лондона, но и в английское посольство в Москве.

Лубянка предприняла попытку сделать своим агентом самого английского посла в Москве — сэра Джеффри Харрисона. Она подослала к нему в качестве горничной резиденции посла молодую, красивую сексапильную девушку по имени Галина. И посол не устоял. Скрытой камерой они оба были сфотографированы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.