Советник королевы - суперагент Кремля стр. 285
зовут Михаил, так же как Вас. — И, подождав немного, с улыбкой добавил: — Михаил Грин.
Узнав в ходе беседы, что Стрейт работает в Госдепартаменте США, Грин сказал:
— Я полагаю, что, когда Вам попадутся интересные документы, Вы возьмете их «для изучения».
— Но мне не дают никаких документов, я работаю в качестве добровольного и неоплачиваемого советника.
— Не обязательно сейчас, но со временем.
При прощании Грин сказал, что встретится со Стрейтом примерно через месяц, назвал имя «своего друга» в Бруклине и дал номер его телефона, по которому Стрейт может позвонить в случае необходимости.
Сам
Стрейт уверял впоследствии, что он сразу забыл и имя, и номер телефона: «Я знал, что они мне никогда не понадобятся».
Летом 1938 года Стрейт подготовил для руководства Госдепартамента справку о положении в Европе, которая была очень высоко оценена госсекретарем К. Хеллом. Как раз в это время М. Грин дважды побывал в США и виделся со Стрейтом. Последний передал Грину этот документ, а также доклад о состоянии торговли США, который Стрейт к этому времени подготовил. Грин удалился с этими материалами на час-другой, наверное, для фотографирования документов, а по возвращении вернул ему взятые бумаги. Грин выразил надежду на то, что госдеп в будущем даст Стрейту и другие задания, представляющие интерес для Москвы. Стрейт на это сказал:
— Но я собираюсь вскоре покинуть госдеп.
— Покинуть Госдепартамент? И куда же Вы собираетесь перейти?
— В департамент внутренних дел. Я буду работать у госсекретаря Гарольда Айкеса. А он будет назначен вскоре военным министром. Когда он перейдет в Военное министерство, я буду его сопровождать.
— Айкес будет назначен военным министром? — с удивлением спросил Грин.
— Да, но об этом еще никто, кроме него, не знает.
В 1939 году Стрейт вручил Грину меморандум о советскогерманском пакте, подготовленный для госдепа, а также некоторые материалы Министерства внутренних дел, куда он перешел работать. Некоторое время спустя Стрейт вновь возвратился на работу в Госдепартамент, и интерес к нему Грина значительно увеличился. Однако этот период длился недолго. Стрейт ушел рядовым в американские военно-воздушные силы, начал тренировки, чтобы стать военным пилотом. К тому же, и Грин покинул США, возвратившись в Москву.
Дальнейшие связи его с советской разведкой не известны. Сам он о них ничего не говорит. Оставила ли Москва его в покое, или он сам порвал все связи с ней? Второе маловероятно, ибо тогда он с гордостью заявил бы об этом американцам в своей книге. Представить себя в выгодном свете он умеет. Да и последующие события скорее заставляют предположить, что если он и хотел прекратить разведывательную деятельность и свои прежние связи с английскими коллегами, то делал это робко. Доказательства? В 1946 году он приезжает в Лондон, встречается там со своей бывшей подружкой Маргот Кейнеман, которая не осталась рядовой коммунисткой, а поднялась выше по ступеням партийной иерархии. Именно по ее инициативе состоялась встреча Майкла с Гарри Поллитом, но Майкл, по его словам, постарался избежать свидания с Берджесом и Блантом. Однако в следующем, 1947 году он несколько раз встречался с Берджесом. Во время первой встречи, которая была будто бы случайной, Гай пригласил его на ежегодный обед членов Общества «апостолов». За столом Стрейт резко поспорил со своим соседом, английским